Текстовая версия интервью-подкаста 134: Артём Дульцев / metra.vestlud, Faktura Ural

Текстовая версия большого интервью с Артёмом Дульцевым («Фактура», metra.vestlud) в начале гостевого эфира в «Русской кибернетике» 26 ноября 2025.

ЕСв: Привет, дорогие друзья! Это наш последний интервью-подкаст в эфирном 2025-м, и прежде всего, конечно, рекомендую послушать два тематических часовых микса, которые Артём недавно сыграл в нашей программе.

АК: Добрый день, вечер, ночь, утро, дорогие друзья! В какой бы точке Вселенной вы не находились, спасибо, что нашли время послушать разговор двух живых людей, а не какую-то там подборку синтетических голосов!
И это информационно-просветительский подкаст «Премикшер Русской кибернетики», за микрофоном настоящий голос меня, ведущего Александра Киреева. Ну а за пультом мой коллега, неизменный и великолепный Евгений Свалов / 4Mal.
И сегодня у нас в гостях человек, который работает сразу на нескольких уровнях. Музыкант, издатель, исследователь звука, собиратель техники и архивов, автор проектов metra.vestlud и Virusmoto, участник gas28a и основатель лейбла «Фактура» —Артём Дульцев.
И, что особенно ценно, он у нас уже был ещё в 2019 году, потом в 2023-м. С момента последней встречи прошло шесть лет, и нам действительно есть о чём поговорить. Привет, Артем!

АД: Привет, Саша! Спасибо, что пригласили!

АК: Как у тебя начался этот сезон? Больше какой-то рутинной, спокойной работы, или наоборот всё в каких-то переменах, в поисках?

АД: Сезон — ты имеешь в виду осень?

АК: Да, музыкальные дела.

АД: На самом деле очень насыщенная осень, потому что в конце сентября у меня была поездка в Казахстан. Не музыкальная, но по «Фактуре» нужно было кое-какие дела решить.
Затем была поездка в Санкт-Петербург. Так сложилось, что у меня было три выступления за один день и ещё два небольших интервью. Да, я не то чтобы какой-то знаменитый человек, просто у меня было три дня, и я планировал на три дня всё расписать, но все поместилось в субботу.

АК: Ну, на рутину это не похоже! Это похоже на очень интенсивную работу, и это вдохновляет. И, друзья, пока вы устраиваетесь поудобнее, всё же предлагаю оставаться с нами. Впереди — плотный разговор.
Много вопросов подготовили интересных, которые будет послушать даже, может быть, тем людям, которые ещё ни разу не знакомы, не слышали о твоём творчестве. Будем говорить о музыке, о сцене, о технике, о носителях и о том, как это всё работает.
Ну и, как всегда, этот выпуск будет на всех подкаст-платформах, а позже появится и текстовая расшифровка. Все записи ищите в нашем сообществе vk.com/ruscyber и в Телеграм-канале ruscyber, а на онлайн-площадках мы выложим специальные гостевые работы Артёма.

Итак, мы встречались с тобой в 23-м году, как я чуть выше сказал, по меркам нашей программы это почти вчера. Но тогда ты был в составе gas28a, ещё было двое ребят. А ещё раньше, в 19-м, это был сольный проект, но сейчас под именем metra.vestlud. И при этом ты продолжаешь вести «Фактуру».
За шесть лет с той нашей первой встречи у тебя было достаточно много времени на творческий поиск, а как будто ты всё равно движешься по принципу «тысячи лиц Будды». Новая идея, новое имя, свой формат, своя оболочка. Вот скажи, зачем тебе так распыляться? Вот почему бы тебе не выбрать одну форму и бить в неё точно вместо того, чтобы каждый раз применять новый ник, новое, так сказать, лицо?

АД: Ну, Саш, на самом деле, я даже сам немного устал от этого момента. Потому что из-за количества проектов и всего не хватает меня. Плюс у меня ещё семья есть, конечно. Вот дочка родилась не так давно, 3 ноября, второй ребёнок в семье. Поэтому да, каждый раз, когда появляется новый проект, это, наверное, год или больше сомнений, сопротивления и отговорок типа «перевод»: «Не надо, не надо, лучше давай в какое-нибудь другое это засунем». Но в итоге не получается, поэтому приходится.

Не хочется, знаешь, смешивать в одну кашу, когда можно всё-таки поставить границы. А в нашем мире границы нужны, потому что очень часто всё смешивается в какой-то единый ком информации. И мне кажется, это мешает людям понять, что ты делаешь.

АК: Ты очень структурный человек, но как ты понимаешь, где заканчивается один проект и где начинается другой? В какой момент нужно поставить вот эту «перегородочку»?

АД: Вообще, они все связаны. Все проекты связаны между собой, потому что я же всё-таки человек, и все эти субличности во мне связаны. Можно сказать, это всё проявления меня, что ли. Ну, у них есть, конечно, границы.
Например, у metra.vestlud это про эксперименты со звуком, про абстракцию, про попытку, так сказать, найти новую форму и как раз избежать структуры.
Virusmoto наоборот, про то, что нужно поймать структуру и удержать её. Поэтому Virusmoto это танцевальная музыка, а metra.vestlud это ближе к эмбиенту, экспериментальному звуку.
gas28a это всё вместе, там есть и ритм, и это эксперимент со звуком, но вкупе с Димой и Данилом они проявляются в какой-то другой, третьей, более высокой, что ли, форме. Поэтому часто музыку gas28a интереснее и приятнее даже переслушивать, чем свою собственную.

АК: Это хороший совет! Это хороший совет как для слушателей, так и для музыкантов. Возможно, что используя разные имена, мы таким образом как-то разделяем и подводим слушателей к тому, чтобы они случайно не начали слушать что-то не то — кто знает, какое у тебя сегодня настроение?
Разные имена позволяют всё это объединить, как бы скрепить под одним общим знаменателем. Но маркетологи и управители лейблов обычно имеют другое мнение: лучше бить в одну цель, лучше наполнять карточку одного артиста в музыкальных каталогах так, работает эффективнее.
Но вот если отходить от этой концепции «тысячи лиц» и подниматься чуть выше, то мы видим, что параллельно продолжает жить ещё и «Фактура» как лейбл.
Лейбл отметился восьмилетием, но как-то тихо. Мы с Женей ждали приглашения на вечеринку, пусть даже виртуальную! Может быть, она была только для команды и ближайших? Как проходило это всё?

АД: Так, на самом деле вы ничего не пропустили. Я просто сверил информацию ещё раз. Не всё помню, честно, что происходило за год. Но по «Фактуре» я этого не помню только, наверное, по той простой причине, что мы не занимались ивентами вообще весь год.
В декабре прошлого года мы открыли магазин, именно кассетный магазин, и «Фактура» трансформировалась в «Фактура Records». То есть это был уже не только лейбл, но и магазин. И вся энергия была направлена на магазин.
И не праздновали по той простой причине, что площадок для мероприятий, подходящих нам, мы просто не нашли. И, пожалуй, на тот момент их и не было, когда «Фактуре» исполнилось восемь лет. И мы просто, не зацикливаясь на датах, занимались магазином и своей музыкой.

АК: Ну и правильно, лучшее празднование — это работа, согласен. Как развивается «Фактура» внутри? За это время есть ли ощущение, что вы вышли на какой-то новый цикл?

АД: Вот поскольку «Фактура» превратилась в магазин, и это было связано ещё одновременно с 30-й кассетой у нас, это сборник, компиляция Music for Furniture, совместно с брендом одежды «Два Ноль» мы её выпустили. Это была такая трансформирующая компиляция, поскольку, во-первых, мы не знали полноценно и половины, наверное, музыкантов на этой компиляции, потому что это были друзья этого бренда одежды. При этом они тоже все с Урала, из Екатеринбурга, и мы просто ничего о них не знали. Такой интересный поворот.
Затем, когда мы открыли магазин, у нас появились дополнительные ресурсы для того, чтобы издавать кассеты свои. Ну, например, включать тампопечать, более дорогие материалы использовать, более большие тиражи, что мы и попробовали сразу же на следующем релизе, который вышел в сентябре правда только, но тем не менее. Это был Владимир Сычёв, проект «Syndryang. Музыка про детство».
И да, магазин, как ты заметил, потребовал множества нового. Нужно было понять, как доставать ту музыку, где и чем наполнять магазин и так далее. Это оказалось очень интересным, очень непростым занятием.

АК: Ну да, у вас там представлены не только кассеты, пластинки, но ещё и какие-то артефакты, диски, как я понимаю, книги. И там вообще-то далеко не только ваша продукция?

АД: Да, далеко не только наша продукция.

АК: И это прямо морока, как мне кажется. Но у меня достаточно циничный вопрос: почему вы пошли по пути наибольшего сопротивления, а не ушли на такую манящую звезду горящих маркетплейсов, сверкающих маркетплейсов?

АД: Слушай, по-моему, это вообще не звезда и не манящая. По-моему, это сущий кошмар. И если немножко в этом покопаться, то ещё болото. Ты что-нибудь знаешь про маркетплейсы с точки зрения работы продавца?

АК: Ну, у вас достаточно уникальный продукт. Вы же не продаёте очередной стиральный порошок.

АД: Это да. Но при этом уникальный продукт требует уникального подхода. Нам, например, всегда хотелось, чтобы музыку перед покупкой человек мог послушать. Например, чтобы оформление страницы и вообще всего релиза было уникальным. При этом не хочется под кого-то подстраиваться, подчиняться.
У маркетплейсов свои законы и свои требования к продавцам. Тем более продавать по одной кассете, а зачастую у нас по одной кассете каждого экземпляра – тоже не очень удобно через них.
Ну и самое прекрасное, что сайт позволяет вообще объединить все наши направления. То есть у нас были и интервью, и разные текстовые истории. Они есть теперь на сайте. Весь наш каталог тоже есть теперь на сайте.
И мы не зависим теперь от блокировок ресурсов. Soundcloud тот же, на котором наши все альбомы есть. Он недоступен сейчас. Bandcamp доступен только, по-моему, в музыкальной части, а картинки ты без специальных способов не загрузишь, и так далее.
То есть всё подталкивало и подталкивает нас к тому, чтобы просто делать что-то своё и дать возможность другим музыкантам и другим лейблам выставлять кассеты у нас, а не обращаться, опять же, к маркетплейсам. Мы попытались сделать такой некоторый агрегатор, который на человеческих мощах работает, да.
Потому что нам присылают релизы разные музыканты и лейблы, и мы помогаем им распространять их кассеты. Мне кажется, в России «Фактура» сейчас самый крупный каталог кассет, доступный в стране — во всяком случае, из того, что я знаю.

АК: Не копал эту тему, поэтому поверю тебе!

АД: Да, экземпляров различных сейчас у нас есть 350, может быть, больше. Сходу, да, не назову. Из того, что я знаю, больше, по-моему, никого нет.

АК: Как у вас работает международная дистрибьюция? Насколько я понимаю, что снижение расходов идёт на том, что лейблы могут подешевле прислать вам свой продукт каким-то мелким оптом, и дальше из Екатеринбурга вы по России спокойно их распространяете в единичных экземплярах с меньшими издержками, или тут есть какая-то еще другая логика? Например, собрать максимально большую коллекцию?

АД: Ты всё верно описал. Есть знакомые, которые за границей живут, которые тоже свои лейблы держат. Вот они нам и присылают свою музыку, ты всё правильно обозначил.
Например, вот недавно у меня был релиз на калифорнийском Not Not Fun Records, и просто Брит прислал мне вместе с моими авторскими копиями ещё такую добрую пачку кассет лейбла. Удивительно, что у него много кассет вообще выпускалось именно от российских музыкантов. Несмотря на то, что это кассетный калифорнийский лейбл.

АК: «Просто прислал кассеты из Калифорнии» звучит как-то слишком вызывающе в наше время. Не будем спрашивать, как это происходит.

АД: Не просто прислал, конечно. Мы их купили.

АК: «Не спрашивайте меня, как я заработал первый миллион».

АД: Речь не идёт о миллионах, поскольку цена кассеты — примерно полторы тысячи рублей. Такой её магазин делает.

АК: И всё-таки ты говоришь, что «никаких маркетплейсов». Но если посмотреть с бизнесовой точки зрения на ваш магазин, то все выглядит достаточно сложно и кажется, что низкомаржинально: это производство тиражей, магазин, дистрибьюция, редакционный контент, эти редкие релизы.
Вы как внутри команды это всё сейчас структурируете? Вообще, кстати, что насчёт команды? Не один же ты это всё делаешь?

АД: на самом деле, да, конечно, не я один. С 2022 года у нас команда разделилась на две части. Двое, Максим и Даша, сейчас живут в Грузии, и Максим помогает с оплатой сервисов, тех же зарубежных каких-то платежей. И помогает с пересылкой той же музыки к нам через Грузию.
А мы с Данилом здесь в Екатеринбурге занимаемся уже самим магазином. Я принимаю заказы, договариваюсь с другими лейблами, музыкантами, чтобы они прислали нам свои носители. Вот Данил занимается сайтом, он его полностью создал, оформил и заполняет его новыми позициями. А также он ходит на доставку.

АК: А, именно он ходит на главпочтамт, упаковывает бережно кассеты, пишет адреса дрожащей рукой? Или уверенно пишет?

АД: Да, да, всё гораздо быстрее и проще, даже писать ничего не нужно.

АК: Ну ладно. А я думал то, что всё лампово происходит максимально.

АД: Есть варианты оплаты марками, почта России и так далее. Но Яндекс просто делает всё дешевле и быстрее.

АК: Можно ли говорить, что «Фактура» это некий устойчивый бизнес сейчас? Или всё-таки это какая-то дотационная история бизнеса, которая просто по фану?

АД: Скажем так, пока что «Фактура» не приносит каких-то ощутимых денег, которые можно было бы считать зарплатой или чем-то большим. Пока что да, это дотационная история, но не в плане финансов, а в плане скорее сил, времени и внимания, которые ты уделяешь им.
А «Фактура» всегда была лейблом, который работает на самоокупаемость, ну и чуть-чуть в плюс, скажем так.

АК: Ну это хорошо, что по крайней мере она сама себя окупает, не так грустно.
Ты недавно говорил про всякие специфические релизы, и я почему-то обратил внимание на вашем маркете как пример на одну кассету, Spirit of Altai ансамбля Bai-Terek. Вы говорите, что это переиздание на кассете, 35 нумерованных копий и дальше — вот те самые спецэффекты: прозрачная кассета серебряная и тампопечать. Какова логика таких редких спецвыпусков? Это какой-то коллекционный ход, чтобы вот этой музыкальной составляющей, музыкальному контенту, который записан на кассету, придать весь этот крафтовый флёр? Зачем это всё нужно?

АД: Вообще, привет Кириллу из Three HeadTapes, который издал этот коллектив. Он издавал при этом не только Bai-Terek, а ещё много интересных музыкантов. У него всё есть, от эмбиента до блэк-метала. Ему нравится.
Кириллу нравится издавать музыку, которая ему нравится. Ему нравится, и он это делает. С любовью делает, при этом очень качественно подходит к оформлению, деталям. Ему это очень нравится.

АК: Вот так, чтобы взять кассету, да, не просто её засунуть внутрь устройства, и она там что-то там крутится про себя, да, а чтобы вот она на пальцах, да, то есть вот чтобы можно было почувствовать все вот эти шероховатости, посмотреть на плёночку, да?

АД: Ну вообще да, технологии позволяют сейчас делать многие вещи более доступным способом. Можно взять какую-нибудь кассету, посмотреть — они все довольно сильно отличаются сейчас. Мне вот, например, приходит на ум релиз FAM, такого комьюнити. Сейчас они в Санкт-Петербурге базируются. Они на кассетах сейчас создают микстейпы, и там даже вообще нет обложки. Там есть тампопечать, то есть такая одноцветная.

АК: Как через трафаретик, да?

АД: Да-да-да, на корпусе, причём на самой коробочке. И всё, больше ничего, нет названия. Название, то есть исполнитель и картинка, то есть минимализм. И полностью прозрачный получается релиз. То есть ты смотришь сквозь кассету, видишь мир.

АК: С теми царапинками, с теми искажениями аналоговыми, да?

АД: Ну да, если на это обращать внимание, то да.

АК: Ну конечно, важно всё. Кстати, думаете ли вы заранее о десятилетии? Время-то быстро летит. Может быть, сделать что-то такое большое, фестивальное, на уикенд с концертами, лайвами, распродажами кассет?

АД: Мы думаем об открытии физического магазина. Ну, не только уже с кассетами, а расширить, конечно же, весь каталог. Обосноваться, как следует, чтобы уже вся эта история музыкальная была «all day, all night» так сказать. Получится ли это к десятилетию или нет? Посмотрим.

АК: Ну, это хороший KPI. Заодно там можно и проводить мероприятия. Опять же, праздник на работе — о чём можно ещё мечтать?

Вопрос практический. Недавно я был в поездке с приятелем на его старенькой BMW, и там вместо современной мультимедийной системы — кассетная. Я даже не знаю, как её проверить, у меня нет кассет. Поэтому я не смог оценить, насколько работает эта старая бэховская магнитолка.
Мы сейчас можем подобрать какой-то хороший аудиовоспроизводящий новодел из разряда кассетных плееров? На китайские бренды много нареканий. Говорят, что у них маленький ресурс, нестабильная сборка. Есть ли у тебя какие-то личные проверенные рекомендации? Что вообще можно купить из современного?

АД: Fiio CP13. Самый известный, популярный и доступный вариант. Что-то в районе 7 тысяч рублей на Алиэкспрессе. Fiio — довольно известная фирма, даже в кругах аудиофилов. Но плёнкой они единственные, кто занимаются на таком нормальном уровне.

При этом, что я тебе скажу, есть довольно много плееров с точно таким же механизмом, тот же Panda, или французская ещё одна фирма, не могу вспомнить её название.
Суть в том, что сложилось так, что кассетные плееры, свои технологии воспроизведения кассет остались 20 лет назад или больше в том времени.

АК: Остановились, в смысле?

АД: Да, технология производства недоступна производителям, и они используют один какой-то старенький патент. И получается довольно громоздкие такие плееры. Конечно, они звучат неплохо. Ну, комплектующие немного разные у всех. Но, тем не менее, из таких современных недорогих вариантов Fiio CP13 лучший, наверное. При этом есть деки, если ты говоришь, ну, мы говорим про домашние прослушивания на акустике.

АК: Какие-то уже Hi-Fi системы, да?

АД: Да-да-да. Tascam, не помню, какая моделька, 322-я, что ли. По-моему, до Марка 7 производили кассетные деки, и это чуть ли не до 2022 года.
При этом, покупая старый плеер, если есть такой вариант, нужно понимать, что это всегда «кот в мешке». Потому что зачастую заменой пассиков не всегда можно решить все проблемы. При этом, чем более современный плеер, тем сложнее он в ремонте. Так у меня был Panasonic. Точнее, есть Panasonic RQ-SX53. Это такой металлический, алюминиевый, компактный очень плеер, который очень сложно ремонтируется. Хотя я купил его восстановленным на Авито. Он через каких-то два месяца перестал практически воспроизводить музыку. Поэтому самый нормальный вариант — взять Fiio и не париться об этом.

АК: То есть ты не сторонник того, чтобы искать где-то живые экземпляры, нести их на профилактику, реанимировать?

АД: Я прошёл через это. Не ходите туда. Да, есть такой момент, есть даже мем, где человек в наушниках слушает такой «Да-да, это тот самый кассетный звук!». Там детонация. «Нет, я не могу это слушать, всё плывёт, звук не тот. Хотя… вроде нормально! Нет-нет, всё хорошо!». А потом цикл заканчивается, и человек опять начинает думать, что «нет-нет, что-то не так, звук не тот, по-моему, тональность не та вообще у композиции». И вот в том цикле ты живёшь, в самом начале покупая недорогие плееры за 500 рублей. Но почему нет? Для начала, чтобы просто попробовать, пощупать, это хорошая идея.

АК: А новые плееры жуют плёнку? И вообще, что делать, если на моей кассете плёнка зажевалась в гармошку?

АД: Слушай, ну насчёт новых и жуют… Наверное, жуют, конечно. Это всё-таки физическая штука. А если так, то аккуратненько достать эту плёночку, постараться не порвать её и намотать на один из роликов. Можно карандашом, можно пальцем.

АК: О да, точно, я хотел тебя спросить, как давно ты карандашиком наматывал?

АД: Тема с карандашами немного неправильно сейчас вспоминается. Вообще, зачем наматывали карандашами кассеты, ты помнишь?

АК: Ну разумеется, как сейчас помню, мотал.

АД: Зачем? Почему не перемотать в плеере? У тебя же, наверное, был плеер.

АК: Я не знаю. Это был какой-то акт. Я не знаю. Перформанс. Это как мем, но никто не знает.

АД: А я тебе скажу. Батарейки. Просто плееры садили батарейки.

АК: Точно, я забыл про батарейки! Слишком много дигитализации. Олдскулы свело, простите. Раз уж мы затронули тему кассет как носителя, хочу ещё уточнить один такой распространённый тезис. Часто утверждают, что популярность кассет держится в том числе и на их относительно низкой стоимости, потому что её купить дешевле, чем винил, и изготовить тираж кассет дешевле, чем пластинки. И минимальный тираж может быть хоть 10 штук. И он не будет «висеть» на складе, как те же самые сотни пластинок. Насколько это совпадает с твоим опытом? Это действительно такой удобный компромисс для коллекционеров? Либо всё-таки это компромисс для издателей?

АД: Вообще дешевизна – это просто один из аспектов. Да, это приятная специфика, что ты можешь подешевле купить кассету. Но часто люди, которые покупают винил, они могут себе позволить, скажем так, потратить 3-4 тысячи рублей на пластинку.
К тому же, кассеты сейчас поднялись в цене, я тебе скажу, за последний год. Сейчас купить кассету за 1800, за 2000 рублей – это вполне обычное дело. Хотя ещё два года назад средняя стоимость была раза в два ниже.

АК: Да всё поднялось в стоимости, что тут говорить…

АД: Да, да, кассеты в том числе. Причём заграницей кассеты стоят дешевле, чем у нас! Тоже интересный момент. Так что по поводу этого тезиса ты прав. Да, это дешевле. Но даёт ли это популярность? Это вопрос. Наверное, это снижает какой-то барьер входа, да, это правда.

АК: Ещё одно удивительное устройство для диджеинга. Это кассетный микшер «Магнитрон», который разработал Андрей Курохтин из Shine Grooves. Я объясню слушателям. По сути, это такой инструмент ручной сборки и выглядит примерно так: представьте себе обычную диджейскую «вертушку» с двумя дисками, но только вместо них там кассетные деки. И у каждого свой питч, громкость, трехполосный эквалайзер. И это не просто микшер, а вот такой полноценный инструмент для работы и сведения магнитной ленты.

И, как я понимаю, каждый экземпляр Андрей делает вручную. Делает это в Екатеринбурге. Такая вот очень аккуратная сборочка, небольшие серии, штучное производство. И мы видели, что этот «Магнитрон» с интересом обсуждают в том числе и в зарубежных сообществах, как какую-то такую «новую волну» отечественной инженерии с опорой на советскую школу.
Но, конечно, ценник тоже немалый. Заявлено 1400 евро. Предлагают писать по запросу на электронный адрес. Но кажется, что это примерно так и стоит.
Удалось ли тебе поиграть на этом чуде самому?

АД: Да, мне удалось поработать на «Магнитроне» самому. Причём два раза. Андрей нам давал его на пару мероприятий. И до этого «Магнитрон» у нас был ещё в студии на Бажова. И Данил с него даже записал микс. Мы его в скором времени опубликуем. Причём у нас была, так сказать, альфа-версия. Она отличается от тех образцов, которые сейчас Андрей выпускает продажу.

При этом сейчас уже вышел «Магнитрон-2», наверное, мало кто в курсе, и у него цельнометаллический корпус, и по-другому реализован механизм паузы. Так что вот, опыт приятный, интересный, даже немного, я бы сказал, захватывающий, потому что в том образце, как у нас, можно было замедлить кассету настолько, что она в полностью останавливалась. То есть питч был 100%, за счёт этого можно было просто vaporwave на ходу делать. Мы, собственно, на концерте на одном и делали из одной джазовой компиляции.

АК: Слушай, ну это удивительно! Легко можно представить себе, как диджей сводит две пластинки, вот они у него слева и справа крутятся, это я вот просто так по-бытовому говорю. Вот крутятся пластинки слева-справа. Он, условно говоря, иногда их так поднимает, пальчиком. А тут у тебя крутятся две кассеты. Как их сводить? Вообще непонятно. И это же ведь ещё и лента. Она тоненькая. Её не потрогать. Что там трогается вообще?

АД: Да, в той версии, которая у нас была, там есть такая специальная лапка. Когда её нажимаешь, она останавливает кассету. То есть такая ручная пауза. Ты таким образом можешь подобрать первый бит, например. На штырьки надеваются такие колёса, типа джогов. И ты можешь этими колёсиками подогнать, поймать, в общем, так сказать, бит, первый удар бочки. И отпуская паузу, вот эту качельку ручную, ты мог, получается, запустить трек, ну, как с винила, да, по аналогии, в определённый момент. При этом на второй версии, насколько я знаю, там этот питч по-другому реализован, это стало гораздо удобнее.

Сам Андрей, изобретатель, уже играл какой-то техно или даб техно, даб техно сет, насколько я знаю. У него был стрим на его канале. А вот у него это получается уже. То есть вопрос времени, когда диджей освоится.

АД: Ну да, вопрос времени и тренировки, потому что как раз вот этот пользовательский опыт, когда ты крутишь пластинки и их пальчиками так чуть-чуть ускоряешь или подводишь трек, он как раз и перешёл в CDJ и дальше во все эти контроллеры бесконечные. Ну, то есть, по факту, всё пошло из пользовательского опыта винила. А здесь, я вот даже вообще себе не представляю. Какой-то рычажочек. Как это всё? Когда мы увидим в шоу Армина ван Бюрена, когда он сводит с Магнитрона?

АД: Ну, ничего не скажу про ван Бюрена, но на шоу Ричи Хоутина, возможно, увидите.

АК: Вау, какой анонс! Вообще, кстати, насколько большое это производство? Есть у тебя какие-то инсайды по этому поводу?

АД: Надеюсь, Андрей не закидает меня камнями, если я скажу, что он производит всё один, конечно же, но он автоматизирует потихоньку процессы. На данный момент, по-моему, если я не ошибаюсь, 21 Магнитрон был произведён и отправлен своим покупателям.

АК: Ну, выглядит очень гаражно! Надеюсь, что всё-таки он сможет масштабировать производство именно до той степени, когда производство остаётся гаражным, но сами по себе устройства не стоят как крыло самолёта.

Вообще, кстати, у тебя есть какая-нибудь информация, хочет ли он, используя вот этот диджейский опыт, производить обычные кассетные плееры высокого качества?

АД: Плееры — вряд ли, но более доступные микшеры, мне кажется, да.

АК: В общем, я предлагаю слушателям поинтересоваться, набрать в поисковой системе или в ИИ-поиске и запросить информацию про кассетный микшер Магнитрон. Там, скорее всего, что будет ссылочка на Bandcamp, и там это выглядит очень впечатляюще, очень интересно.

Но вернёмся к музыке, к лейблу. Как у тебя сейчас устроен отбор музыки? Раньше у вас, разумеется, был очевидный приоритет в сторону уральских артистов, каких-то соседних регионов. Всё-таки ведь лейбл родился на этой территории, и вам важно было фиксировать то, что происходит именно на локальной сцене. Сохраняется ли этот принцип и сегодня? Либо же география всё-таки немножко уходит, и вы смотрите на качество материала?

АД: На качество материала мы всегда смотрели. А по поводу уральской музыки, это основной концепт «Фактуры». Наверное, это одно из основных, это прямо основное правило и одно из немногих ограничений, таких фундаментальных, которые задаёт наше направление.
Поэтому да, мы издаём уральских музыкантов, но Уральский федеральный и даже экономический округ довольно широк. Поэтому есть пространство.

АК: Есть ли у тебя какая-то творческая «кредитная» история к музыкантам? Ну, условно говоря, вот я начал писать vaporwave какой-нибудь. Но получается у меня так себе пока что. А ты такой говоришь: «Ну ладно, он же наш. Расскажу я о тебе, так уж и быть, выпущу. Подаёт надежды!». Или всё-таки ты говоришь, что «пока не добьёшься качества, даже и не приходи к нам»?

АД: Качество здесь… в чём может вообще проявляться, и что для нас качество. Для нас всегда было качеством то, что музыкант прошёл уже этап копирования, подражания и дошёл до этапа, когда он делает что-то своё, и это слышно. Это можно выделить из общей массы, и тогда мы даём ему возможность быть услышанным.

При этом у нас немного сместился вектор. Раньше мы выпускали и noise больше. То есть у нас были релизы с нойзом, с колючей музыкой. Сейчас такое чувство, что музыка на «Фактуре» приобретает какую-то… более ощутимую форму. Возможно, она больше движется к тому, что мы сами создаём. Я бы сказал, что мы стали реже выпускать сейчас музыку. Гораздо реже. У нас раньше было по шесть релизов в год. Сейчас, по-моему, максимум четыре. Но, надеюсь, мы скоро опять расширим наш релиз-график. Например, я недавно знал о тюменском лейбле «Порог».

АК: «Порок» или «Порог»?

АД: «Порог». Буквально в начале ноября они выпустили первую компиляцию. Это шикарная музыка, шикарный ambient. И не только эмбиент, а эксперимент со звуком. Плотно познакомился с куратором лейбла Женей. Он приезжал недавно в Нельсон Совин в Екатеринбурге провести мероприятие от имени лейбла. Затем мы встретились на следующий день и поговорили про планы, про музыку. В общем, очень понравился их подход. И я открыл много новых имён для себя. Я думаю, что нужно будет с ними поближе познакомиться, с этими ребятами. И обязательно сделать что-нибудь вместе.

Часто бывает, что мы так живём и не видим замечательных вещей, которые у нас буквально под носом. Вот они, здесь. Просто живёшь и не видишь их. Не то, что бы этого нет, ты только думаешь, что этого нет. А оно есть, просто почему-то не в твоём поле зрения.

АК: Ну, большое видится на расстоянии. Здорово, что вы такие «эмоционалисты» культурного и музыкального обмена и пробрасываете мостики с соседями, это всегда круто.
И как раз вопрос, ты всё больше занимаешься просветительской работой, рассказываешь про историю звука, носителей, технику, какой-то контекст подсказываешь. И вот здесь мне интересно, именно как слушателю, почему, на твой взгляд, это всё нужно обычному мне, который просто включает музыку? Что тебя лично заставляет заняться этой ролью, объяснять, а не только выпускать музыку? У меня вот есть какое-то такое вот подозрение, что это есть и в том числе коммерческая определённая составляющая.

АД: Интересное подозрение!

АК: Я потом раскрою это подозрение, потому что это я такой питч сделал, но пока что — твоя гипотеза.

АД: Да нет, у меня нет гипотезы. Я знаю, почему я это делаю. Скорее всего, говоришь про эту просветительскую деятельность, когда я в феврале этого года в Музее андеграунда, где у нас был проект, прочитал четыре лекции про кассетную культуру в России и в мире. И поскольку мы тогда открыли только магазин, и я познакомился с ребятами, с девчонками из Музея андеграунда, они предложили сделать не просто лекцию, а цикл лекций.

Как изначально я хотел — провести у них просто лекцию про синтез звука, потому что я в том году вёл канал про синтез звука. Затем мы остановились на том, что хочется сделать что-то помасштабнее и раскрыть больше про, в общем, побольше моих знаний каких-то, моего опыта, поделиться этим с людьми. Затем мы открыли магазин, и как только мы его открыли, я столкнулся с огромным пластом музыки, которая существовала только на кассетах и до сих пор есть, например, только на кассетах. Затем со всей этой культурой, которая в России в начале нулевых была связана с выпуском кассет и с их продажей, ну, за неимением других носителей.
Это казалось так интересно, так захватывающе, что я просто погрузился в эту кроличью нору с головой, а затем просто все эти находки рассказал в виде трёх лекций в этом Музее андеграунда. И в конце, на четвёртой лекции, мы попробовали поклеить с ребятами плёночные лупы, такие пленки склеенные.

АК: Прямо вживую? Прямо вот просто берёшь плёнки и клеишь?

АД: Да, да, просто ребята взяли и под моим руководством разобрали кассету. Отрезали от моего мотка плёнки, который я им дал. Вставили это всё, собрали. Не у всех получилось, к сожалению, но у большинства получилось. В конце мы ещё и записали по звуковому отрывку. То есть там были не музыканты в основном. Но я принёс синтезатор и сказал «давайте, ребята, сыграйте что-нибудь». И у меня образовалось, по-моему, семь или восемь таких лупов, по шесть секунд очень странных. И затем положились эти лупы на плёночку, и мастер-класс закончился.

Да, ребята клеили вживую плёнку. Это был интересный опыт. И вообще в музыкальной практике, в практике со звуком плёнка как медиум используется и никогда не прекращала использоваться. В некоторых жанрах музыкальных плёнка всегда была, в той же нойз-музыке. В 1994 году появились первые лейблы с нойзом. С тех пор нойз издавался на кассетах в первую очередь, потом на дисках и так далее — не прекращал этого делать. Единственное, что мы об этом обо всём не знали. Тут наше инфополе, наша верхушка айсбегов, в котором мы существуем. Оно у нас, как сказать, в общем, у меня, да, пузырь, в котором я существовал. Мне всего этого не показывали.

АК: Да-да, он лопнул, наконец-то, этот пузырь.

АД: И я такой: «Блин, я занимаюсь музыкой уже сколько лет, а кассетами где-то восемь, как началась «Фактура», и я всего этого не знал!». То есть, ну представляешь, да, не очень. Захотелось это исправить, узнать и затем рассказать другим, конечно же, об этом. И поэтому я провёл лекцию. Двухслойный ответ.

АК: Да, такой слоёный ответ! Я раскрою свой питч, который я вставил в самом начале.
Я лично не слушаю noise-музыку. Она для меня сложная. Я включаю её, и я не понимаю её. Если я не понимаю — я не покупаю.
Если бы я пришёл на твой мастер-класс, и вот действительно поклеил бы эти плёнки, я бы как-то проникся и, возможно, понял бы структуру, и я бы такой «хм, купить бы мне кассетку!». Ну, вот что я смотрю, меркантильная история: просвещаешь, народ понимает, потом покупает.

АД: Ну да, это, конечно, приятный аспект, если человек после мастер-класса что-нибудь купит в нашей кассетной лавочке что-то. Не помню, купил кто-то что-то или нет из тех ребят, кто никогда не взаимодействовал с кассетами. Насколько я помню, нет. Да, инфоповод, как всегда, может действовать, так сказать, вдохновляюще на покупку. Но, наверное, не более того, не более, чем другой любой инфоповод, если уж ты об этом.

АК: Да, я, потому что подвожу к весьма странному вопросу в нашем спокойном течении интервью. Это контекст работы со слушателем, но на совершенно другом уровне. Я был очень впечатлён недавним релизом, очень амбициозным релизом, хотя мой коллега подвергает сомнению то, что это амбициозный релиз, и называет другие имена.
Но, тем не менее, это новый альбом певицы испаноговорящей Розалии «Lux». Такой альбом был выпущен на поп-сцену.
Но что там интересного? Она собрала Лондонский симфонический оркестр, пригласила современного академического дирижёра, пригласила Бьорк даже, Ива Тьюмора в соавторство. Для её «обычной» аудитории, скажем честно, это такая территория, куда бы они вообще никогда не полезли бы. То есть, скорее всего, что ни в филармонию, ни на классический фестиваль, ни на экспериментальную сцену. Но она, по факту, принесла всё это им домой, в их наушники, назвала это поп-музыкой.
Но это аналог того, что она перенесла вот эту тяжёлую аналоговую культуру классическую в пространство массового прослушивания. И вот интересно, что когда звезда такого масштаба выводит и оркестр, и хор в центр поп-альбома, а рядом ставит рейв и электронику, то вот про что это всё? Это про расширение вкуса аудитории или про какую-то новую норму культурного потребления? Она поднимает слушателя вверх? Ну или просто так, поменяла декорации? Даже если ты не слушал этот альбом, я думаю, что ты понял контекст моего вопроса и восхищения.

АД: Да, честно скажу, Саша, я не слушал этот альбом, но вообще, конечно же, это про форму в первую очередь. Скажем так, новые инструменты дают музыканту… ну, новые для неё, если она не работала с этими инструментами раньше, если в её музыке раньше их не было.

АК: Раньше её музыка была такая, знаешь, как латинский поп. И тут ты просто включаешь её, и там просто разрыв шаблона. Просто об этом многие говорят, поэтому я и решил уточнить.

АД: Мне кажется, что отчасти человек добрался до новых инструментов для себя и открыл новые формы экспрессии. Конечно, это здорово, когда ты можешь расширить список своих инструментов и более ярко, более детально выразить свою музыкальную идею.
Вот это, опять же, не всегда нужно, и во многих случаях даже не нужно, потому что по радио есть такие хиты, скажем так, в которых играют и сэмплы какие-то из оркестра и ещё какие-то элементы из классической музыки. Но они там, знаешь, как… не пришей кобыле хвост. Ненужная стилизация. Ну просто «что бы ещё запихнуть?». Давай-ка вот этот инструмент, все его знают. Или какую-нибудь скрипочку душевную вставим, чтобы человек растаял. Да, это нормальная практика в поп-музыке.
Но поскольку, опять же, я не слышал альбом, не могу судить. Но если говорить про форму саму, то я считаю, что это здорово, это потрясающе. И, конечно же, многих людей это познакомит в первый раз с подобным звуком, с подобными инструментами. Вот просветительский момент, опять же. Может быть, она таким образом поднимет выручку у классических заведений. Опять же, можно ей поаплодировать за это.

АК: И мы опять разворачиваем течение нашей беседы внезапно резко. Разработчики некогда очень популярного дизайнерского инструмента Sketch — я думаю, что тот, кто работал или работает в дизайн-сфере, когда-то слышал, что он был суперпопулярным — они в прошлом году официально отказались внедрять генеративные функции, связанные с искусственным интеллектом. И они прямо сказали, что не видят в этом какого-то смысла для своего продукта.
И это всё происходит на фоне того, что вокруг сейчас ИИ просто везде. Иногда он внедряется даже в те области, где нет в нем реальной необходимости, казалось бы. И при этом, как ты помнишь, в прошлый раз, когда мы с тобой общались два года назад, я тебя попросил сгенерировать какой-то трек, уже не помню, в каком-то ИИ-редакторе, и получилось весьма странно. Можно, наверное, в нашей переписке найти этот трек или послушать запись интервью.
Но сейчас, если мы посмотрим на все эти ИИ-комбайны, ну, и я лично пробовал, то там выходит просто потрясающе! Лучше, чем у живых артистов! И интонация, и звучание лучше, чем некоторые сэмпл-паки. Я уж не говорю про то, что голос получается прямо как у реального человека. Он тебе и текст напишет, и споёт. Что это? Это что-то параллельное, которое существует где-то там на фронтире, и оно не пересекается с твоей аналоговой практикой? Или всё-таки это технология, которая может повлиять на всё это «ручное склеивание плёночек»? Вот вообще, проще говоря, выходя из этого пике восхищения технологией, насколько искусственный интеллект сейчас в его текущем развитии сочетается или не сочетается с тем, чем ты занимаешься?

АД: Он скорее как инструмент. Как и многие другие люди, я веду соцсети. Что-то делаю, пишу, что-то и по дизайну, хотя я не дизайнер. И в этом плане, да, искусственный интеллект помогает.
Но, опять же, мы не говорим про творчество, это про администраторские какие-то вещи. Честно скажу, с тех пор, как я делал для тебя трек, я, по-моему, ни разу не прикасался больше к музыкальным ИИ-возможностям. Я пробовал предпоследние версии и, ну блин, скажем так, у меня не получилось. Да, возможно, мне просто не удалось создать то, что мне хотелось бы.
Я также вёл год назад блог, ну вообще свою теорию развивал про синтез звука с помощью ИИ. Мне удалось многие вещи, опять же, в написании этой теории упорядочить, прояснить, детализировать и так далее. То есть ИИ в этом плане мне помощник, как инструмент знаний, как доступная Википедия, как собеседник. То есть, например, покупая новый синтезатор сложный, я могу загрузить в Notebook LM от Google, такое приложение, туда мануал на 150 страниц по этому синтезатору, и потом задавать ему вопросы по этому мануалу. И он без проблем мне подскажет, без всякого вранья, без галлюцинаций, со ссылками на конкретные строчки, где это всё написано.

Поэтому да, я использую ИИ, но вот именно в творчестве — пока что нет. Мне пока что интересно изучать «железные» штуки, «железные» всякие инструменты, потому что я вот буквально года три назад понял, что не могу больше писать музыку за компьютером, просто не могу больше. Такой слышится протест. Но главное, чтобы это было ещё и востребовано. Ну разве только, что ты не делаешь это чисто как хобби. Если что-то интересно, во всяком случае, хочется же создавать музыку, которая тебе интересна. А более того, ты создаёшь интересную музыку, когда тебе интересен процесс. Вряд ли ты создашь что-то интересное, если тебе неинтересно, что ты делаешь.

АК: Логично!

АД: Если ты 15 лет тыкал Ableton и мышкой на компьютере, в какой-то момент это может надоесть. Поэтому все вот эти новые формы, да, я их использую. Но для меня новые формы — это не ИИ, а «железо», которое музыканты используют уже десятки лет. Да, всегда использовали все инструменты. Они в физическом мире существовали. Я как будто бы просто дитя более позднее, и начал с виртуального, а мне теперь, наоборот, захотелось что-то физическое.
Но при этом те же плагины с ИИ, я понимаю, что они упрощают работу и тоже сведение многим людям. Они просто помогут с этим, сделают это за них отчасти. Но мне это, опять же, уже особо не нужно, потому что я свою свожу музыку уже на каком-то автоматическом уровне, так что плагинами ИИ я тоже пока не успел попользоваться, сосредотачиваюсь на hardware.

АК: Ты хорошо отстроился от технологического прогресса, сказав «нет, буду всё делать сам». Чистое электричество, чистая механика, вот оно всё там живёт. Ну, главное, чтобы были слушатели этого всего, потому что процесс важен, но какая-то обратная связь для творческого человека – это тоже всегда важно, как мне кажется.
И вот тут, кстати, недавно мы обсуждали с московскими коллегами, что меняется само поведение слушателей. Всё чаще люди выбирают вечерние события, которые заканчиваются до полуночи, чтобы вернуться домой в нормальный час, успеть на метро, сохранить режим и не выпасть из жизни на следующий день. Ну и плюс электронную музыку всё чаще воспринимают как часть какого-то фестивального опыта, а не как какие-то регулярные клубные походы каждую неделю, как это было когда-то.
С точки зрения обычного слушателя, как мне понимать такие изменения? Это вот какой-то новый ритм времени, просто другой способ потреблять музыку? И как вы, готовы работать в такой модели, когда у людей меньше «клубного ресурса», причём даже не более старшего поколения, но и более младшего поколения, когда всем хочется начать в семь вечера, а в десять вечера уже ложиться спать?

АД: А вообще, мне кажется, да, новый ритм времени такой. Ну, знаешь, здоровый образ жизни, йога, дневные вечеринки, по-моему, даже утренние уже. С утра зарядка, яичница всмятку.

АК: Да, и на кофейный рейв в кофешоп!

АД: Да-да-да, это новое такое веяние, но при этом не скажу, что оно мне не нравится, потому что многие люди стареют. И часто, чтобы тусить всю ночь, люди вообще прибегали к веществам или каким-то другим способам искусственно себя держать в состоянии возбуждения. Но сейчас, наоборот, мне кажется, классно, что можно прийти вечером на концерт, послушать музыку и спокойно вечером пойти спать.

Для «Фактуры» это была вообще всегда такая модель, мы всегда этого придерживались. И вот эти вечеринки до утра для меня выматывали всегда, мне не хотелось ими заниматься. И просто приходилось поскольку-постольку выживать. Поэтому да, когда мы всю эту историю с ивентами ещё проводили два года назад, мы делали как раз вечерние мероприятия уже тогда. И это было прекрасно!

АК: Ну где же вот эта магия, магия ночной жизни, когда город засыпает и просыпается, просыпается ночная публика, рейверы?

АД: А так это всё есть параллельно, мне кажется, оно существует. И это всё больше похоже просто как на поход в кино что ли. Знаешь, вот есть такая тема, что для многих людей вечером сесть, расслабиться, посмотреть фильм — это обычная практика. Ну, скачал в пять вечера новое какое-нибудь кинцо, и с девушкой сидишь дома, жуёшь какие-то вкусняшки, смотришь кино. Это же прекрасный способ времяпрепровождения. Почему с музыкой мы это забыли? Я не знаю.
Представь, что вместо фильма ты так можешь взять и включить кассетку. И раствориться в этом звуке, расслабиться. Причём эти практики в музыке у нас как будто бы не то, что бы забыты, они у нас, возможно, отсутствовали, но в Европе они есть и были с момента возникновения электронной музыки. Вспомнить ту же Полину Оливерос и всем известный Deep Listening. Погуглите эти альбомы. Это такой drone ambient, на 26 минут композиции. Но попробуйте просто выключить всё, телефон, компьютер, выключить свет, включить в наушниках или в колонках композицию с этого альбома, это незабываемый экспириенс. В какой-то момент вашему уму не то что бы не будет скучно — вы подумаете «почему это закончилось? Я хочу продлить это состояние!».
Музыка может давать состояние внутренней гармонии, покоя, даже исцелять в некотором роде психику, потому что лечебные музыкальные сессии опять же очень давно существуют в мире, и над этим проведено огромное количество исследований научных.
Мне кажется, что этого очень не хватает в нашем мире, в нашем обществе. Поэтому я вот только за, чтобы человек вместо чего-нибудь опять дикого, что происходит в повседневной жизни, остановился на какой-то момент, на 40 минут, и послушал что-то красивое.

АК: Ну ладно. Просто для меня это немножко звучит, может быть, слишком спокойно. Я вот недавно две ночи подряд отпахал на танцполе.

АД: Ну да, вот же есть альбом от того же Тимофея Шистки «Music for…», короче, по-русски это «Музыка для уставших рейверов» называется. Потрясающая запись! Это когда ты отпахал двое суток, отпахал, пришёл домой, и мозг просто не может успокоиться. В некотором роде он до сих пор слышит «бум-бум-бум». Приятно побыть в тишине, да. Но некоторым ещё музыка может помочь успокоиться, остановиться. Слишком много источников стимуляции сейчас. Все эти бесконечные, например, утренние ритуалы, кофе каждый день, затем какая-нибудь напряжённая интенсивная работа в погоне за тем, чтобы заработать побольше денег или достичь побольше каких-то целей в жизни. Всё это не даёт пространства нам, не даёт задуматься вообще, куда мы бежим, зачем мы бежим?
А потом в какой-то момент просто жизнь кончается, и ты даже не понял, что произошло. Мне кажется, уметь останавливаться — очень полезный навык, чтобы посмотреть, так сказать, на всё, что делаешь, возможно что-то переоценить, а возможно просто отдохнуть и продолжить свой бег, потому что ты уверен в том, что тебе это нужно, и ты счастлив. Именно вот эти паузы могут дать новое дыхание, новые идеи. Мне кажется, этого очень не хватает.

АК: Я вот сейчас тебя слушал и мне кажется, что у меня уже какой-то процесс такого хилинга начался. Артём, просто не останавливайся!

АД: Я скину тебе ссылку, и мы запишем следующий подкаст уже с другим миксом и с другим Сашей Киреевым.

АК: Так, не надо меня клонировать, если ты про это!

АД: Я шучу, конечно. Как ты докажешь, что ты настоящий?

АК: Ну, давай договоримся о каком-нибудь контрольном слове чуть позже.

Недавно ты выступал на вечеринке лейбла Fuselab в Екатеринбурге. Она всё-таки была ночью, а не вечером. И мы слышали о том, что людей могло бы прийти и больше, особенно с учётом того, что многие очень хорошие артисты приехали туда впервые. Конечно, в целом это редкая возможность услышать живой контекст других городов. С точки зрения слушателей, как думаешь, что в таких событиях самое ценное? Ну и для тебя самого, удалось ли пообщаться с ребятами, почувствовать какое-то движение, может быть, наметить совместные планы опять же?

АД: Да, вечеринка Fuselab состоялась в Екатеринбурге. Мне понравилось! Для слушателя самое ценное, во-первых, сам факт. Да-да, потому что пик, так сказать, волна популярности этого лейбла ведь на конец 2010-х годов пришлась, и затем последовало затишье. Но сейчас они переиздают винил, дополнительные тиражи, довольно хорошо их распродают. И на этой волне, мне кажется, Сергей Сабуров решил провести здесь мероприятие.
То есть он почувствовал, что есть отклик у людей и нужно дать им то, о чём, возможно, они забыли, или то, чего они ещё не слышали. С этой точки зрения классно, конечно. Плюс музыканты у Fuselab очень интересные, разноплановые опять же.

АК: Рома Broosnica — one love для меня!

АД: Да-да-да, для многих людей вообще творчество этих артистов, да, оно повлияло на жизнь, оно вдохновило на какие-то свершения или просто помогало жить в своё время. Для меня же это возможность познакомиться с ребятами. Как ты правильно сказал, я немного пообщался с Сергеем Сабуровым и с бывшим боссом Fuselab Евгением FMSAO.
Также увидел AL-90 вживую, потому что, насколько я знаю, этого человека мало кто видел. Побыть в этом коллективе было супер приятно, супер дружелюбно, интересные собеседники, конечно.

АК: Но, кажется, получилось так, что их лучше покупают онлайн и слушают у себя дома вечером, не знаю, в процессе медитации или каких-то домашних вечеринок? Почему так мало народу-то пришло?

АД: Слушай, ну несколько факторов. Во-первых, возможно, то, что это был клуб «Нирвана» сыграло свою роль, потому что это рокерский клуб, и просто они не добрали той аудитории, которая могла бы быть, ну, знаешь, базовой для заведения. Вот, это первый момент.
Как я чувствую из моих выступлений, публика в Екатеринбурге в последнее время такая немного холодная, что я бы вот так сказал, меньше танцуют, меньше людей в целом на вечеринках. Опять же, по моему опыту, он не такой у меня большой, я не так часто выступаю, но тем не менее, вот это то, что я чувствую. Причём я знаю, что в Тюмени людей пришло как минимум в два раза больше!

АК: Да, я слежу за выступлениями Брусники — и Тюмень, и Казахстан, и Красноярск, где он там ещё выступал, там просто танцполы ломились. Там народ плясал ногами на диджейке. А у нас прямо вот как будто даже обидно за Екатеринбург!

АД: Раскачиваемся, раскачиваемся. Я думаю, ещё пару мероприятий Fuselab, возможно, более маленького масштаба, и придёт больше людей.

АК: Ну, ты договорился, что их кассетки будут у тебя продаваться?

АД: Они до этого уже продавались.

АК: Напоследок — про будущее. У вас много направлений. Как я опять же говорил, релизы, магазин, события, просветительская работа.
Вот если смотреть со стороны слушателя, который хочет поддержать лейбл или просто понимать, куда вы движетесь, что для вас самое важное в 26-м году, какие задачи, проекты?
Ну, про оффлайн ты уже сказал, может быть, что-то ещё? Дела, в которых вам нужно, чтобы вы смогли, но в которых, может быть, вам реально может пригодиться помощь извне. А вдруг кто-то вам поможет?

АД: В ближайшем времени мы планируем запустить винил полноформатный, то есть штампованные тиражи по 150 копий. Затем планируем запустить мерч. В этом плане нам нужен человек, который отошьёт футболки, пока что я не нашёл такого человека. Возможно, это ты, слушатель? Ты из Екатеринбурга? Напиши нам в «Фактуру»! Мы будем рады посотрудничать.
Ну и развивать магазин. Хотелось бы увеличивать продажи в том числе. Но делать это креативными способами.
Плюс мы запустили подкаст не так давно. Пока что удаётся публиковать по одному выпуску в месяц. У нас уже был GameGate, Паша Urbanoid, и, возможно, следующий будет как раз FMSAO с Fuselab. Хочется развивать подкаст, записать побольше выпусков, потому что есть, о чём поговорить, и о той музыке, которую я люблю, и мы с ребятами слушаем.

АК: О ней как будто бы слишком мало разговоров, в том числе, в общем, в вашем сообществе. Я чувствую потребность, как будто бы этого не хватает. Хочется её заполнить. Очень много планов, как бы всё успеть и успевать ещё и жить!

АД: Да, сегодня как раз, Саша, просто оно либо произойдет, либо не произойдет.

АК: А мы продолжаем жить в моменте, когда музыкальная сцена меняется быстрее, чем мы успеваем это фиксировать: новые форматы, новые носители, новые привычки слушателей. Мы пытаемся с этим жить, как-то бороться или наоборот. Потому что вроде бы всё становится цифровым и таким легким, но при этом растёт интерес к ручной работе, к технике, к акустике, к тем самым вещам, которые требуют времени и внимания.
И именно поэтому так важно, что мы продолжаем, как ты говоришь, разговаривать вживую, не через какие-то там алгоритмы и сгенерированные тексты, а обычным прямым человеческим голосом.
И это был, отмечу, настоящий Александр Киреев, за пультом не менее настоящий Евгений Свалов / 4Mal, а в гостях — Артём Дульцев, музыкант, участник проектов metra.vestlud и gas28a, основатель лейбла «Фактура». Спасибо большое, Артём, за этот медитативный разговор!

АД: Спасибо большое, Саша, что пригласили! Надеюсь, было интересно.

АК: О, да!

ЕСв: Друзья, спасибо вам за внимание и участие в работе музыкально-просветительского проекта «Русская кибернетика». Ваша самая ценная помощь — это новые «кибернетические» слушатели, поэтому, пожалуйста, расскажите о нас своих друзьям — ведь разная электронная музыка от русскоговорящих авторов и издателей это увлекательно и познавательно.

Если хотите поддержать нас финансово — просто дайте нам работу, мы с удовольствием приедем и выступим с содержательной лекцией, ярким DJ-сетом или в другом подходящем формате. Ещё у нас есть разный мерч, пластинки и другие музыкальные носители — покупая что-нибудь сейчас, вы помогаете нам делать следующие тиражи и издавать новую музыку. Сегодня для вас работали Александр Киреев и Евгений Свалов / 4Mal, мы всегда рады вашему отклику, пожеланиям и рекомендациям, кого пригласить в гости в следующие выпуски. До встречи в эфире!

Друзья, открывайте для себя новую электронную музыку русскоговорящих авторов вместе с музыкально-просветительским проектом «Русская кибернетика» и его ведущими Евгением Сваловым (4Mal) и Александром Киреевым!

Отправить трек/микс в эфир, связаться с редакцией, пригласить на мероприятие:
https://contact.ruscyber.ru/

Новые эпизоды «Русской кибернетики» вы всегда найдёте онлайн:

Музыкальный подкаст: https://podcast.ru/827118308
Интервью-подкаст: https://podcast.ru/1502878729

Apple Music / iTunes:
Музыкальный подкаст: https://apple.co/3LgLx38
Интервью-подкаст: https://apple.co/47mmmVv

VK:
Кураторский плейлист: https://vk.ru/audio?z=audio_playlist-27623429_44535581/e95a5f4064dcb17fea
Интервью-подкаст: https://vk.ru/podcasts-27623429

Spotify:
Профиль с кураторскими плейлистами: https://sptfy.in/ruscyber
Интервью-плейлист: https://sptfy.in/ruscyberinterview

Telegram-канал: https://t.me/ruscyber

Youtube-канал: https://www.youtube.com/@ruscyber
VK-сообщество: https://vk.ru/ruscyber
Виниловые пластинки: https://clck.ru/3T392e

Мультиссылка на все соцсети: https://linktr.ee/ruscyber

Хэштеги: #ruscyber и #русскаякибернетика

#modernrussianelectronica
#house #deephouse #techhouse #progressivehouse
#indiedance #nudisco #dj

Comments are closed.