TXT интервью-подкаст 079: Роман FCD Code
Друзья, новую неделю по традиции начинаем с читательской рубрики и сегодня публикуем текстовую расшифровку «кибернетического» интервью-подкаста c Романом FCD Code, заслуженным работником фейс-контроля, электронным музыкантом и продюсером!
Заключительный в 2021-м году интервью-подкаст мы целенаправленно не хотели отдавать какому-нибудь отдельному артисту или промо-группе, чтобы иметь возможность в целом обсудить с гостем итоги второго карантинного года и состояние развлекательной индустрии.
Приятный бонус — подробный и прямолинейный разговор о профессии человека, с которым встречается практически каждый ценитель ночного образа жизни.
Роман FCD Code почти 20 лет стоит на фейс-контроле клубов. В его визуальной памяти — десятки тысяч лиц постоянных гостей и случайных посетителей, а ещё — возможность взглянуть на два десятилетия личных воспоминаний, появившихся на ночных сменах в тысячах диалогов с живыми людьми, а не из сетевых баек и чужих пересказов.
Как клубы и бары пытались адаптироваться к новым условиям за прошедшие два года, правда ли, что фейс-контроль и так максимально ослабили, потому что поток гостей иссяк, грозит ли ночной жизни полная остановка из-за того, что публика отвыкла развлекаться вне дома, есть ли у молодёжи интерес к закрытым тусовкам и формату «не для всех», нужно ли вообще продолжать бороться за сохранение клубной культуры?
В рубрике «Музыкальная посылка» Роман отвечает на вопрос российского электронного музыканта, продюсера и диджея Владимира Ершова / PROFF «Должны ли деятели искусства, в том числе музыканты, иметь гражданскую позицию и прямо высказывать свою точку зрения, даже если она идет поперёк общепринятой?».
Полный текст интервью:
https://vk.com/@ruscyber-roman-fcd-code
Беседовал Александр Киреев
Редакторская поддержка: Евгений Свалов / 4Mal
Напомним, что ваша подписка на VK Donut нашего паблика (всего от 100 рублей в месяц) поможет покрыть долю еженедельных расходов редакции на новые выпуски, благодарим за содействие!
Национальный клубный проект «Русская кибернетика» каждую неделю приглашает музыкальных продюсеров, диджеев, артистов из России, стран СНГ и в целом русскоязычной электронной сцены подготовить специальный авторский микс, который отражает их взгляд на происходящее вокруг.
Кроме музыки, мы общаемся с гостями, задавая им музыкальные и около-музыкальные вопросы, чтобы попробовать понять их мотивы, желания, опасения и мечты. Интервью выходит в подкастах «Премикшер», а через некоторое время — в текстовой расшифровке.
* * *
— Александр Киреев, ведущий и арт-директор «Русской кибернетики», (АК).
— Роман FCD Code.
Редакторская поддержка: Евгений Свалов, 4MAL
Для того, чтобы в полной мере насладиться интервью, перед началом чтения включайте запись гостевого микса.
Запись гостевого микса FCD Code в «Русской кибернетике»
АК: Добрый вечер, друзья! В потоке Александр Киреев, и мы завершаем цикл интервью второго года пандемии, 2021-го! Разумеется, на мажорной ноте! Пожалуй, мы не пойдём сегодня на танцпол. Ну как не пойдём – мы попробуем туда пройти. А помогать нам в этом будет легендарный екатеринбургский сотрудник ночной индустрии, заслуженный фейс-контроллер (контролёр, простите меня), Роман Фейс-контроль. Но мы предпочитаем его величать как Роман FCD Code. Привет, Рома!
FCD Code: Да, привет, ребята! Всем здрасьте!
АК: В своё время профессия фейс-контроля считалась из разряда таких небожителей. Это некие церберы, которые явным образом сообщат вам, состоится ли ваша ночь в этом заведении, либо же нет. Их боялись, им угрожали, их любили, в них влюблялись, но всегда хотели дружить. Поэтому процесс попадания в клуб: выбор одежды, ожидание в очереди на входе, все эти попытки пронести что-то внутрь, сделать лицо попроще, посложнее, потрезвее – это такая игра, которая зачастую бывает даже важнее, чем то, что происходит внутри клуба или заведения. Потом это становится отличными байками для обсуждения с коллегами у кулера или за ланчем. Рома, ты не знаешь про себя каких-нибудь таких баек, анекдотов или рассказиков, что тебя обсуждают? Мы с тобой об этом говорили за эфиром чуть-чуть.
FCD Code: Много слышал разных историй. Чаще всего они были связаны темой о моих родственниках, в основном. У меня всегда был какой-то брат, какая-то сестра. Про жён не знаю, но очень часто меня то ли с кем-то путали, то ли ещё что-то, но небылиц я о себе тоже слышал довольно много. Байки сейчас и не вспомню. Но чаще всего: «У тебя же брат вот этот вот», такой-то, такой-то, называют брата. При том, что меня очень часто называли ещё и не моим именем, поэтому, наверное, всё в этом плане нормально.
АК: Это в попытках провести?
FCD Code: Да-да. «О! Что, Колян, давай, я проведу». (Смеётся). Но чаще всего, конечно, Паша меня всю жизнь называли. Теперь-то уже, наверное, нет. Но вот это самая главная байка.
АК: Паша был там! С нами — Роман. И если вы, друзья, когда-нибудь были в Екатеринбурге, начиная примерно с 2002-го года, и пытались пробраться а (сейчас я перечислю): «Люк», «Истерика», «ПВ», «ПВ Берёзовский», Fruit, «Пушкин», «Квартира», Alibi, «Дом печати», «Сон», «CENTER Club», «Le Bourg 1905», «Огонёк», «Shalom Shanghai» – наверное, я что-то забыл, но ты чуть позже добавишь (смеётся), то вы обязательно на входе видели Романа FCD Code. По крайней мере, он вас точно видел и решил: продолжите ли вы здесь свой вечер, либо же нет. И у большинства публики может складываться впечатление, что на фейсе обычно стоят люди недалёкого ума, но сегодняшний наш гость разочарует владельцев такого убеждения. И мы постараемся сегодня пройти примерно типичный вечерне-ночной-утренний цикл посетителя, задержимся на интересных моментах, обсудим всякие другие важные темы.
И всё это в виде приятной музыкальной, околомузыкальной беседы в радиоверсии, сокращённой до 15 минут, а в формате полного подкаста на vk.com/ruscyber, на Spotify и Яндекс.Музыке – как получится. Кроме того, Роман как тонкий ценитель электронной клубной музыки обещал подготовить нам специальный микстейп из композиций, которые вы не услышите в топе Spotify, но которые заслуживают того. Это правда?
FCD Code: Да! Я должен буду это всё сделать. У меня, действительно, уже есть подборка. Надо будет всё же сесть и свести это, и уже потом, я думаю, вам будет представлено моё такое видение 2021-го года, туда войдут наиболее важные для меня композиции.
АК: Что ж, будем ждать! А сейчас пойдём по нашему кругу, и это день. Начинающим музыкантам говорят: «Всё есть на YouTube, поэтому иди, посмотри, научись там». И я пошёл на YouTube и честно набрал «как научиться фейс-контролю. (Смеётся). Сначала я увидел видео о том, как пройти фейс-контроль, но это не то. И первое обучающее видео я нашёл, это «Как научиться жонглировать за час». (Смеётся).
FCD Code: Фейс-контрольщиком, да? (Смеётся).
АК: Школ диджеев и клубных танцев хоть отбавляй, но меня интересует – где учат на фейс-контрольщика?
FCD Code: Прямо на фейс-контроле и учат! Такой предбанничек обычно бывает в клубе. Вход, либо улица, около входа в заведение, чаще всего там. Где-то квадратов, максимум, четыре-пять, это как раз небольшое помещение, там все премудрости.
АК: На сквозняке?
FCD Code: На сквозняке, на морозе, возможно. Возможно, там не лучшие условия в плане климата, иногда даже наоборот жарко, потому что работает тепловая завеса. Если долго дверь не открывается, начинает действительно становиться жарковато. Такой климат нестабильный. Тем не менее учишься ты всему довольно быстро.
АК: То есть меня поставят буквально примерно со своим старшим коллегой, повесят на дверь такую табличку «Осторожно, стажёр!», как, знаешь, в кабинах водителей…
FCD Code: На трамваях?
АК: Да! (Смеется).
FCD Code: Да-да, на трамваях! Когда ты видишь эту надпись, то всё, надо, конечно, как можно быстрее уворачиваться от этого трамвая. За сколько – я не скажу, что за месяц или за неделю. У кого-то уходит на это вся жизнь, я до сих пор учусь, между прочим. Я считаю, что не всё знаю, как правильно работать на входе. У кого-то значительно всё быстрее происходит, так что всё зависит от человека, видимо.
АК: Скольких людей ты обучил лично фейс-контролю?
FCD Code: У меня были попытки передать свои знания. Но не скажу, что я прям так часто кому-то что-то отдавал, передавал. Видимо, боялся за конкуренцию, думал, что научу, а…
АК: Серьёзно?
FCD Code: Конечно! А как ещё? По-другому не могу объяснить, почему такое количество времени я никого ничему ещё не научил. Скорее, это были какие-то охранники, они очень часто мне помогают, вот им, да, очень много, я что передаю.
АК: Ты не чувствуешь угрозы с их стороны?
FCD Code: Да. После работы со мной, мне кажется, могут там уже, не знаю, второе образование получать, потому что им приходится меня слушать на протяжении всей ночи, а это не просто.
АК: О чём вы общаетесь в течение смены?
FCD Code: Обо всём. Самое интересное: затрагиваются и политика, и музыка, и непосредственно рабочие моменты. Чаще всего, конечно, работа обсуждается. Когда идёт большой поток, это сложно о чём-то переговариваться, выполняются исключительно такие машинальные действия: пропустить, отправить и прочее. То есть некогда обсуждать что-то. А бывают моменты, когда наступают минутные паузы, которые надо заполнить, не молча же стоять, правильно?
АК: То есть условная бабушка у подъезда, которая говорит: «Ой, куда это она пошла в своем миниплатье?», она может стать фейс-контрольщицей?
FCD Code: Да! Мы примерно так же себя ведём, мы — как та бабушка, которая отчасти делает эти вот суждения: этот наркоман, а это девушка лёгкого поведения. Чему-то мы учимся и у своих бабушек, это однозначно.
АК: Преемственность, опять же, это очень хорошо?
FCD Code: Конечно, конечно!
АК: Мы вспоминаем благословенный 2019-й год, фестиваль Beat Film Festival и фильм «Берлинский фейс-контрольщик». И даже в Берлине люди, которые стоят на FC/DC (фейс-контроле / дресс-коде), зарабатывают деньги вполне себе дневными профессиями. Фейс-контроль – это какая-то такая миссия. Как себя настроить на то, что днём ты работаешь, а вечером тоже? Может быть, есть какие-то специальные техники подготовки организма к таким перегрузкам?
FCD Code: Прежде всего, наверное, не слишком сильно уставать на основной работе.
АК: А, вот так?
FCD Code: Да. Я так думаю, что иначе было бы всё значительно сложнее, потому что вставать очень рано, идти на основную работу, выполнять там какие-то процедуры, свои основные обязанности, это пять дней в неделю, как минимум; и потом ты идёшь уже совершенно на что-то другое, которое вообще никак не связано с твоей текущей занятостью. Для меня это было такое приключение, избавление от рутины. Как ни странно, каждую неделю ходя в клуб, это тоже превращается в своеобразную рутину. И тут действительно нужно очень грамотно распределять свои силы – может не хватить ни на то, ни на другое. Я бы не советовал работать на фейс-контроле, если вы устаёте и очень сильно устаёте в обычные рабочие дни.
АК: Какие профессии максимально френдли для сотрудников фейс-контроля? Библиотекарь, бариста?
FCD Code: Тут вполне возможно и бариста, и библиотекарь, а уж библиотекарь-бариста ещё лучше будет! Если необходимо будет подключиться, можно и в баре поработать, если какие-то вдруг форс-мажоры. Любая. Если ты любишь людей прежде всего, если ты понимаешь, ради чего ты тут находишься. Потому что, как ни странно, все думают, что фейс-контрольщики достаточно такие суровые ребята, которые в целом не очень любят людей, любят понты и деньги, может быть. К сожалению, до сих пор многие считают, что вход в клуб – это исключительно происходит по возможностям материальным, либо физическим, либо ещё какие-то вещи.
По факту в хорошее заведение не по шубам и цепям заходят и не по номеру счёта, который очень часто… сейчас наличка как-то уходит из нашей жизни, раньше было: раз, кто-то такую котлету денег достаёт, пятитысячные, тысячные. Сейчас это достаточно редкое явление. Иногда показывают: «Хотите, я покажу, сколько у меня денег на карточке». (Смеются). То есть такое.
АК: Выписку с банковского счета?
FCD Code: Да. «Что мне нужно, чтобы меня пустили?» Сейчас новые явления появились в нашей жизни, такие как безналичный расчёт. И реально бывают такие случаи, когда люди готовы предоставить выписку с банковской карты, сколько у них денег. Самое интересное, даже иногда говорят: «Я готов расстаться вот с такой суммой денег за сегодня. Если вы меня пустите». Один раз я даже пошутил, что «когда будете выходить, предоставьте, пожалуйста, чек». (Смеются). А то вдруг всё, что вы говорите, является неправдой.
АК: Предоставили?
FCD Code: Вроде было, да. Сейчас не помню, может, это, конечно… Чисто в шутку.
АК: Честные люди заходят, это тоже приятно. Есть такие люди, журналисты, которые распространяют…
FCD Code: Есть!
АК: Да, есть такие.
FCD Code: Они еще остались?
АК: Они ещё остались.
FCD Code: В природе?
АК: Да, в природе, ещё не превратились все в Телеграм-блогеров. Эти люди распространяют мнение, что в барах и клубах рассаживают всякую заразу, и правильно, что их работу сейчас ограничивают и закрывают. Поэтому многие музыканты, диджеи, работники концертной индустрии, они сменили сферу деятельности, потому что это всё достаточно токсично и неприятно. Работа в этой отрасли, которая притягивает к себе такой негатив – это достаточно стрессово. Как найти в себе силы не уйти и не сменить сферу работы?
FCD Code: Согласен! Каждый для себя выбирает свой путь. Пускай это банально звучит, но это так. А у меня встречный вопрос: а когда о клубной культуре или вообще о барах, о барной всей эстетике говорили, что там происходит что-то очень хорошее, позитивное, что помогает развиться во всех отношениях человеку после посещения данных заведений? Вы мне скажите, когда что-то было действительно светлое по поводу клубов? Если поговорить со старшим поколением, то для них это действительно какая-то клоака, это бордель, притон, тоже очень часто такое слово звучит. То есть клубы чаще всего связаны с чем-то негативным.
АК: Негативным в общественном смысле?
FCD Code: Вообще в целом. В общественном поле действительно клубы как явление всегда связаны с каким-то негативом. Разве что, может быть, берлинские власти хотят сделать наследие клубным, чтобы признание было, как на уровне ЮНЕСКО, что это действительно очень важное явление культуры.
АК: Ты правильно говоришь! Потому что один из сотрудников Берлинского бундестага в своём выступлении перед коллегами сказал: «Давайте не будем строить иллюзий. В Берлин люди приезжают не на шопинг, они тратят деньги в клубах».
FCD Code: Однозначно! То есть они сделали так, что их город стал привлекательным для туристов в этой сфере. Берлин – замечательный город, я был там, могу подтвердить, причём в клубы не ходил – было воскресенье. Но у Berghain постоял, напитался атмосферой.
АК: Фоточка на фоне? (Смеется).
FCD Code: Есть, есть. Там прямо очень одухотворённо. Естественно, есть, не буду врать. Да, я согласен, что сейчас ситуация очень и очень непростая вообще для индустрии в целом и для общества тоже, не буду спорить – действительно количество людей на квадратный метр превышает все мыслимые, разрешённый метраж какой-то. Конечно, мы не соблюдаем полтора метра, да, опять же, где их соблюдают, да? Но клубы почему-то получают первыми. Когда идёт обострение эпидемиологической ситуации, то клубы закрываются первыми.
АК: Интересно, почему?
FCD Code: Моё мнение, что это не является социально значимой какой-то институцией. Если, например, история с кафе, ресторанами только набирает у нас обороты, стала действительно очень интересна, очень много заведений, нисколько не хуже, а очень часто даже лучше каких-то европейских или азиатских стран. Это более существенная индустрия. Туда вовлечено гораздо большее количество людей, то есть это рабочие места. В клубах это всё, видимо, не так очевидно для властей, поэтому они страдают чаще всего сильнее остального. Я прекрасно понимаю, что заразиться действительно гораздо проще в таком плохо проветриваемом помещении, где куча народу, чем, например, на улице или ещё где-то, то есть тут нет никаких противоречий, у меня не возникает. Я понимаю, почему власти делают подобные вещи. Но есть всегда «но». Дискуссионный вопрос!
АК: Да, дискуссионный вопрос. Допустим, меня пугает такое засилье людей в ограниченном пространстве, и у меня появляется информация, что сегодня вечером устраивают так называемый «приват» или частную вечеринку в каком-нибудь загородном коттедже, новое место. Они не являются клубами или барами, такой Pop-Up вариант. И они стали достаточно популярны в последнее время. Там часто пренебрегают охраной, фейс-контроль идёт через соцсети и на этапе подачи заявки. Почему такие тусовки востребованы, они же тоже небезопасны? Не только с эпидемиологической точки зрения?
FCD Code: Считается, что туда собираются люди абсолютно общих взглядов. Вряд ли туда попадёт какой-то человек совершенно извне. Информация, как я понимаю, распространяется среди своих, или же это всё же, так скажем, инвайт с возможностью прийти хоть кому, без разницы, лишь бы заплатил, и по сути та же самая история, что и с клубом, «кто может, тот и едет». А остальные могут и не посещать. Как я понимаю, это всё-таки более своя тема на 30-40 человек максимум, с диджеями, и все друг друга знают. Просто не моя тема, потому что я на подобных мероприятиях и не был, и не работал никогда.
АК: А тебе поступали предложения поработать на таких пиратских мероприятиях?
FCD Code: На пиратских мероприятиях я очень много работал!
АК: (Смеётся). Это другое, да?
FCD Code: Это другое. Пиратские мероприятия были на несколько тысяч человек, бывало и такое. Не всё же официально проходило. Там я просто, знаете, как свадебный генерал, выкатили – вот пожалуйста. Устроителям было очень важно, чтобы я там был, но я не знал, для чего я там, поскольку всем же понятно, что нужна массовость на таких мероприятиях. Кого там не пускать – для меня не всегда было понятно. Но хотелось людям, я не всегда отказывал. Смысла моего пребывания там как фейс-контрольщика – никакого, как мне казалось. Да и кажется до сих пор.
АК: То есть это просто игра какая-то?
FCD Code: Да, конечно! Фейс-контроль – это же тоже своеобразная игра. Никогда этого не скрывал.
АК: А что ты думаешь об организаторах таких пиратских мероприятий?
FCD Code: Если кто-то что-то хочет сделать, это гораздо лучше, чем что-то разрушать. Всё равно нужно затратить какие-то усилия, нужно найти оборудование, людей, которые смогли бы справиться с ним, привезти всех, снять какое-то помещение, коттедж чаще всего. Неплохие организаторские способности в любом случае должны быть у человека или у группы людей, которые это делают.
АК: В общем-то, ещё и отбить это всё в деньгах?
FCD Code: Конечно, конечно! То есть люди стараются поделиться своим ощущением музыки посредством пускай нелегальных каких-то мероприятий. Но сразу вспоминаются европейские ивенты, которые проходили более 30-ти лет назад, которые были все сплошь и рядом нелегальные. Об этом можно почитать в «Электрошоке» Лорана Гарнье, он там очень хорошо описывает. И у нас такая же ситуация, потому что всё официальное и разрешённое очень часто вызывает зевоту у людей: это не интересно, нет никакой провокации.
АК: Нервы не щекочет?
FCD Code: Да! Клуб – это всегда такая штука полузапрещённая, полулегальная. Исходя даже из того, что клуб работает ночью, это не очень здорово для организма, когда ты не спишь. В общем это так. Все равно же нужно немножко перестроить свой организм, чтобы он нормально воспринимал эти вот джетлаги временные.
АК: Наше путешествие?
FCD Code: Чтобы не было такого, да, наше путешествие, действительно! Клубы – это всегда что-то непонятное. Почему общество клубную эту всю культуру или бескультурье, как кому нравится, воспринимает достаточно жёстко – потому что это непонятно, прежде всего. Кому придёт в голову идти ночью куда-то зачем-то под непонятную какую-то странную музыку.
АК: Стоять в очереди?
FCD Code: Стоять в очереди, что-то не пускают, за это платить деньги, пить какие-то непонятные напитки. Что, кого, зачем это? У большинства людей это вызывает отторжение. Тем более, когда сейчас стало действительно много моментов, как можно провести время.
АК: Netflix посмотреть?
FCD Code: Конечно! Netflix, Okko или что-то. (Смеётся). «ТНТ-Премьер». (Смеются). Не знаю, кому что нравится. Если раньше клубы были безальтернативной штукой, и интерес к ним был гораздо выше, на мой взгляд, чем сейчас, потому что было себя деть некуда особо. А сейчас как-то попроще стало с этим. Душа всё равно у многих людей требует развлечений именно такого толка.
АК: Я с удивлением узнал, что 2-го декабря в Москве состоялся очередной Boiler Room. С удивлением, потому что первый Boiler Room в Москве – это прямо шум-шум, большое культурное мероприятие. Но можно понять, почему сейчас этот шум достаточно на низком уровне. И сейчас все анонсы перешли в какие-нибудь специализированные Телеграм-каналы, типа «В углу колонки» и прочих, полусекретный андеграунд. И это очень напоминает ситуацию давнишнюю, когда флаеры вечеринок можно было найти только в магазинах неформальной одежды или каких-то нелегальных компакт-дисков. Как сейчас помогут практики тех «безынтернетных» лет организаторам раскручивать вечеринки, а нам, желающим попасть туда, выбрать себе что-то интересное?
FCD Code: Честно говоря, вообще не представляю, как сейчас люди, которые занимаются маркетингом подобных мероприятий, если бы им сейчас просто отключили Инстаграм, Телеграм или другие соцсети, как бы они стали рекламировать свои мероприятия. Может, по-старинке, как у нас есть специальные отсеки для билбордов, различной рекламы концертов: Валерий Леонтьев, например, в «Космосе», либо Валерия уже в КРК «Уралец». Возможно, перешли бы действительно на те же самые…
АК: Эту пиратскую расклейку?
FCD Code: Да-да, вот эти вот на столбах. Не скрою, действительно работал в таких заведениях, прямо весь город был заклеен посетить то или иное мероприятие. Сейчас одна сторис в Инстаграме может собрать тысячу людей совершенно легко, особенно если какое-нибудь ажиотажное мероприятие, разовое. Честно говоря, не знаю, способны ли люди сейчас перейти на старые рельсы работы.
АК: Смотри, были же эти всякие, опять же, столбовая расклейка, флаеры, которые даже превратились в отдельное искусство?
FCD Code: Согласен! У меня где-то лежат до сих пор. Я не смог расстаться с ними, у меня где-то там на любимом слове, антресолях, лежат флаеры, которые ещё с «Люка», и они действительно были очень интересными. Творческий подход был. Может, сейчас покажется какой-то такой малопрофессиональной штукой, не очень дорогой полиграфией, там материалы и прочее, но на тот момент это было действительно какое-то «вау». За флаерами гонялись, флаеры давали скидку. Если билет стоил 100 рублей в клуб, то флаер давал рублей 20 скидку. А это что значит? 20 рублей – это практически бутылочка пива. Не просто так, вы знаете, тут помимо всей красоты, которая была нанесена на бумагу, это были ещё и вполне реальные деньги, которые можно было сэкономить.
АК: Ну, всё, сейчас мы понесёмся по волнам памяти, доллар за 30?
FCD Code: Да! (Смеются). Помню, и такое было, действительно.
АК: Итак, вечер. Раньше посещение клуба было возможностью приобщиться к самой новой, самой модной музыке. Соответственно, если ты не внутри, значит тебе приходится что-то там самостоятельно рыть, где-то диски находить, записывать клубные радиошоу по ночам на кассеты, что-то выкачивать с mp3.com.
Сегодня в пределах двух сотен рублей в месяц у тебя есть доступ почти ко всей музыке мира. За 10 000 рубле можно купить мощную колоночку, позвать друзей, и вроде бы клуб уже не нужен. Как давно всё стало не так с мотивацией, и зачем мне сейчас идти в клуб вообще?
FCD Code: Вообще, уже давненько что-то не так, если честно. А, может быть, всегда было не так. Просто во многом люди, которые сейчас говорят «что-то не так», им стало, может быть, чуть побольше лет, само собой стало всё не так. Когда тебе было 20, это всё-таки одна история, когда тебе 35-40, ты на это всё смотришь несколько другими глазами. Действительно, сама музыка, я вам практически везде это говорю, она, конечно, девальвировалась очень сильно. Электроника стала очень доступной. Каждый современный поп-артист, известный артист использует драм-машины, сэмплеры, синтезаторы. То есть она стала повсеместной. А я всегда и в этом интервью говорю, что вся эта культура очень такая «своя», то есть для определённого количества людей. Она не может быть дико массовой. Не знаю, кто-то со мной поспорит, в той же Западной Европе рейвы происходят и на 50 000 человек, это вообще вполне нормально. Тут только что дала концерт Мадонна, следующий заходит тот же какой-нибудь Армин ван Бюрен, он собирает не меньше. Но как-то у нас всё это иначе происходит. У них это индустрия, она абсолютно такая же поп-индустрия, в ней также вшиты все эти процессы, у нас несколько иначе. Реклама, мероприятия, реклама в соцсетях и прочее-прочее. Я так понимаю, массовость немножко другая. В этом-то всё и дело, что просто людям стало, может быть, менее как-то интересно, раз вокруг…
АК: Опять же, больше возможностей стало?
FCD Code: Конечно! Да просто интерес, может быть, даже пропал. Что такого радикального в музыке электронной, танцевальной произошло за последние 25-30 лет? Я бы не сказал. Технологии, конечно же, пошли вперёд, запись – можно в любой спальне сейчас записать трек, что и раньше можно было. То есть доступность какая-то, конечно, отчасти убивает интерес к музыке подобного толка. А вообще, в принципе, как мне кажется, люди до конца её и не понимают. Люди идут на бит, на вайб, на что-то такое очень качающее, и никто никогда особо серьёзно не пытается разобраться.
АК: Что-то такое первобытное, да?
FCD Code: Да, абсолютно! Вот именно слово «первобытное», шаманизм, прежде всего о клубных историях, о клубной музыке. Это именно пляски у костра.
АК: Кстати! (Смеётся).
FCD Code: Костёр заменился софитами, стробоскопами, лазерами и прочим. Но если, например, побывать на различных мероприятиях той же Ибицы, когда в какой-то пиковый момент развития композиции включается азотная такая пушка, оттуда пар просто валит, люди просто в экстазе, либо яркая какая-то сцена освещения. То есть помимо музыки куча дополнительных прикладных вещей, которые усиливают ощущение присутствия этого всего. Конечно же, это прежде всего первобытность, что-то очень рутовое, настоящее. Эти бесконечные пляски просто под бит, под барабаны.
АК: Но это в теории, в оригинале?
FCD Code: Да, это в теории, конечно.
АК: А сейчас, когда гости приходят в клуб, какие их потребности ты ощущаешь, что они хотят найти?
FCD Code: Да, в последние годы особенно, когда всем стало понятно, что никому не нужна техно-музыка такая в своей жёсткой, минималистической манере, все поняли, что хотят обычной музыки, которая играет у них в наушниках, на радио. Просто они собираются своим кругом, им совершенно комфортно друг с другом, но не надо грузить их какой-то слишком сложной музыкой. Это в основном так. Чаще всего, и это многие говорят, что техно и музыка пожёстче накладывают определённые на людей…
АК: Требования какие-то?
FCD Code: Да, требования публики, так скажем. Публика очень сильно зависима от жанрового наполнения клуба. Я думаю, тут не нужно что-то объяснять, что действительно на техно-вечеринку одна публика приходит, на народные поляны, которые везде сейчас от маленьких барчиков до более крупных заведений, где достаточно такая понятная простая музыка, она подразумевает немного другую публику: более взрослую, более спокойную. Но её очень сложно раскачать на потанцевать под какую-то другую, непривычную для них музыку. Это я наблюдаю. Это, видимо, связано с тем, в каких я заведениях работаю в последнее время. Это трудно назвать каким-то диким андеграундом. Хотя там, где работаю сейчас я, это «Шалом Шанхай», он в себя вбирает неплохие современные тенденции в музыке. Может быть, не каждую неделю и не каждый месяц, но бывают очень качественные привозы, бывает попытка исследовать что-то новое.
АК: А не только Валерий Меладзе?
FCD Code: Вот да! Хотя и он грешным делом проскальзывает. (Смеются). На флешках диджеев. Да, для многих Валерий Меладзе – это сейчас самое то, ничего больше не нужно.
АК: Кстати, по поводу мотиваций и свободы выбора. Сижу я вечером и думаю: «А зачем мне этот клуб? Можно посмотреть Netflix и заказать что-то в доставке». И вот эта привычка ходить в клубы сдала свои позиции, особенно после окончания карантина многие не вернутся к такому образу жизни. В то же время многие музыканты, с которыми я общаюсь, и продюсеры уверены в том, что наоборот произойдёт ренессанс этой клубной культуры, потому что накопилась такая большая потенциальная энергия, отложенный спрос этот наконец-то конвертируется в какие-нибудь безумные ревущие тридцатые, как в лучшие годы «Дягилева», условно. Какую точку зрения ты разделяешь?
FCD Code: У нас уже была попытка это всё осознать, потому что сначала нас закрыли в 2020-м году осенью, и мы смогли открыться только в феврале. И это, конечно, были опасения, что вдруг народ просто разучился танцевать, ходить куда-то, ему это больше не нужно. Нет, народ ходил и достаточно активно, у нас даже заведения открывались в городе, которые предлагали подобные мероприятия. Какого-то «вау»-эффекта не произошло, но осталось в тех же примерно нормах, которые были до пандемии. Не знаю, что будет сейчас и вообще когда нас откроют, пока нет никакой информации даже приблизительно. Но думаю, что скоро, возможно, даже, может быть, до праздников. Не знаю, что конкретно там будет. Умрёт ли движение – нет, оно будет в таком же, наверное, состоянии, которое было до пандемии. Но ждать, что будет какой-то всплеск – сомневаюсь. Немножко другие вещи.
АК: Обстоятельства немножко другие?
FCD Code: Конечно, да. Нужно же понимать, что сейчас вообще поколение, сколько лет им, 2000-е, конец 1990-х годов.
АК: Паспорт проверяешь на входе? (Смеётся).
FCD Code: Конечно, конечно! Иногда нужно. Просто они такие свободные, они думают, что паспорт – это просто пропуск в клуб. То есть ты показал паспорт, ты бежишь туда. Но не так все просто.
АК: Но нет?
FCD Code: У нас — нет, у нас ещё очень много всяких вещей помимо паспорта.
АК: Прописка? (Смеётся).
FCD Code: Прописка, конечно. Очень часто люди бравируют тем, что «да я вот из Питера», «да я вот из Москвы», с Дальнего Востока.
АК: Серьёзно?
FCD Code: Кто-то на поставленном английском говорит, что «я из Австралии» или из Ливерпуля, и такое бывало. Чаще всего я спрашиваю: «Откуда вы? Почему вы говорите со мной по-английски?» (Смеются).
АК: From all your heart? (Смеётся).
FCD Code: Да. Where are you from? И всё, и погнали. Удивительно было встречать людей, когда у нас страна закрыта для посещения иностранцами, да и сами они не особо рвутся, мне кажется, путешествовать, но тем не менее они приезжают даже в наш небольшой город, иностранцы есть. Пускай и в малых количествах, но бывают.
А молодёжи у нас действительно не так много. Думаю, бэби-бум был в году 2006-2007-2008-м, поколение этих вот людей.
АК: Надо подождать!
FCD Code: Да, надо подождать, но я не уверен, что им будет интересна вся эта клубная движуха. Может, что-то другое их заинтересует. Трудно сказать, что будет через пять лет.
АК: Хорошо. Если я всё-таки решил не смотреть Netflix, а пошёл в клуб, то я, конечно, смотрю на третью и четвёртую буковку, которую пишут обычно внизу, это DC – dress code. И в одном из своих интервью ты рассказывал, что в начале нулевых люди наряжались совершенно невообразимо для сегодняшнего времени, а потом появился масс маркет, который дал всем выглядеть примерно хорошо, одинаково и средне. Расскажи, как нужно было нарядиться в нулевых, десятых, на пороге пандемии, и, наверное, сейчас, чтобы меня пустили в клуб по одёжке?
FCD Code: Да, например, в начале нулевых достаточно было прийти даже не в спортивном костюме, это уже о многом говорило. То есть да, вот такое. (Смеются).
АК: Казалось бы?
FCD Code: Или чтобы не было на тебе очень много тёмного. Хотя многие берлинские ребята скажут: «Да что в этом плохого?».
АК: Техно-кобры какие-нибудь?
FCD Code: Да-да, или поклонники Дейва Гаана, который другую одежду и не носит.
АК: Да.
FCD Code: Но тогда это был прямо месседж в клубе «Люк», например, чтобы люди чуть-чуть ярче одевались, использовали более яркий, даже пускай белый цвет, это тоже будет уже что-то другое.
АК: Это уже заявление?
FCD Code: Да. Стали появляться на тот момент, тогда было очень модно, различные Grinders, Camelot, Dr. Martens, они уже были давным-давно популярны за рубежом, но вся мода собралась именно в конце 1990-х, запрос на такую одежду, это было действительно модно и в Европе, и у нас. Мешковатая одежда, штаны с карманами обязательно, как бы, ну, что, это карго обязательно. Штаны с карманами, обязательно Camelot, либо Dr. Martens в меньшей степени, тогда Camelot были. Пуховичок какой-нибудь такой интересный, шапка и футболка O’neill какая-нибудь. То есть одежда в стиле любителя горных лыж.
АК: Только что спустившихся с гор? (Смеётся).
FCD Code: Да. Либо сноуборда. Да, это уличная одежда, она тогда имело место быть. Всяческие причёски, дреды были популярны какое-то время.
АК: Наверное, в золотые 2010-е это все сменилось на что-то более люксовое?
FCD Code: Конечно, конечно! Все стали одеваться более лучше. (Смеются).
АК: Более лучше? (Смеётся).
FCD Code: Как говорила одна госпожа. Встала потребность в какой-то более интересной одежде в плане дизайна. Появилось такое слово “дискварЕд”.
АК: “дискварЕд”? (Смеётся).
FCD Code: Да, у нас на Урале я слышал именно “дискварЕд”. Для поклонников Dsquared2, братьев из Канады. Очень популярен был Dsquared2, дорогая одежда.
АК: Тяжелый люкс!
FCD Code: Как бы выясняется, ещё есть и потяжелее люкс, но тогда это казалось действительно премиальным сегментом.
АК: А ты ходил на какие-то фешн-курсы, чтобы так глянуть зорким взглядом, и так ценник такой – не подделка? (Смеётся).
FCD Code: Не ходил, но ходил в магазины, смотрел. Конечно, бывало такое. Но это не специально, потому что мне такая одежда самому нравилась, не скрою, что делать-то, конечно, грешен был. (Смеётся). А вообще многому учила сама публика. Представляешь, ты стоишь, и приходит: реально красиво, всё понятно, что действительно в клуб. Во многом именно учился у своей публики, что я видел. И потом хотел, чтобы это было так и в широком смысле у всех. Пускай будет по-разному, но чтобы люди старались как-то выделиться, интересно проявить себя. Сейчас, когда масс маркет, всё равно видно людей, есть так называемые маркеры.
АК: Да, какие маркеры?
FCD Code: «Свой/чужой». Прежде всего, кроссовки. Эта обувь всегда являлась, все говорят, да и я соглашусь, атрибутом, который о многом говорит о человеке, практически всё. По обуви можно определить очень многие вещи. Пускай не все, но…
АК: Так, в каких кроссовках я должен прийти, чтобы ты сказал: «М…»?
FCD Code: В «Изиках» в принципе многие ходят, главное, чтобы они не поддельные были, 700-я модель очень мне нравится до сих пор. Очень много «Адидас» сейчас делает классных вещей. За свои деньги каждые полгода они выкатывают какую-нибудь модель, которая мне лично даже нравится. Ничего не поменялось на самом деле, все те же бренды, которые производят обувь, они всё ещё в топе. Да, появляются и новые какие-нибудь трендовые вещи, как, например, кеды VEJA очень классные, либо ещё какие-нибудь.
АК: В кроксах не стоит приходить?
FCD Code: Почему? Люди приходят. Опять же, от человека зависит, можно и в кроксах прийти.
АК: Что сейчас точно не стоит надевать?
FCD Code: Думаю, что не стоит надевать, конечно, какие-нибудь лодочки не очень дорогие, брючки дурацкие, такие тоже очень правильные, рубашечки.
АК: (Смеётся). У вас дурацкие брючки, вы не пройдете?
FCD Code: Да-да, примерно такое. Никто не скажет, что они дурацкие. Они нормальные. Они нормальные для работы, не нужно в них просто идти в клуб. При том, что брюки сейчас абсолютно переиграли джинсы, на мой взгляд.
АК: Серьёзно?
FCD Code: Да! Реально брюки сейчас, на мой взгляд, выглядят гораздо более стильно, чем джинсы. Я имею в виду, что, опять же, крой брюк должен быть определённым, то есть он сейчас более широкий, более с закосом под широкие брюки 1990-х, помните, было такое, бананообразные такие. Укороченность – долгое время были популярны такие укороченные брюки, масс маркет их до сих пор штампует очень много, все известные бренды масс маркета делают до сих пор короткие брюки. Людям, которые чуть выше метра девяносто как-то уже иногда хочется: «Может, всё-таки не по щиколотку будете делать, а чуть-чуть подлиннее?». Это мои просьбы небольшие.
АК: Распустите брюки и проходите! (Смеётся).
FCD Code: Да! Закатывать, как мы знаем, уже давно не в тренде. Хотя, опять же, всё зависит от того, как вы себя чувствуете. Не требуют каких-то радикальных от вас изменений, это нужно понимать, будьте просто адекватными людьми и хоть чуть-чуть заряжены на какой-нибудь позитив. А всё остальное, мне кажется, наживное. Но кроссовки нужны, конечно. (Смеются). Конечно, нужны.
АК: А когда-то в кроссовках и не пускали, между прочим!
FCD Code: Не пускали. У меня, слава Богу, такого не было. Многие считали в клубах, в казино, которые тогда ещё были, что нет, конечно, никаких кроссовок не может быть в принципе, это спортивная обувь. Но спортом уже давно в таких обувках не занимаются. Они стоят гораздо дороже, над ними работают различные дизайнеры. Слава Богу, что сейчас это всё уже ушло. Кроссовки стали неотъемлемой частью гардероба любого и модника, и самого обычного человека.
АК: Могу ли я надеяться на то, что в этом году фейс-контроль будет послабже чисто по экономическим причинам? Потому что желающих не так много, а если их ещё и отсекать, тогда что же в кассе-то останется заведения?
FCD Code: Это каждый промоутер вечеринок и владелец заведения решает сам. Всё зависит от того, что они в конечном счёте хотят получить. Много людей очень разных и непонятно, зачем пришедших. Либо чуть-чуть поменьше, чуть-чуть при том, не нужно отсекать 50% аудитории, которая приходит. Вообще нет никакого на самом деле процента.
АК: Никаких формул нет, типа там проходит или нет?
FCD Code: Конечно, формулы бывают. Иногда, когда заходишь, в клубе ни одной девушки нет, тут начинаешь думать – что-то мы неправильно делаем. Либо наоборот, когда только одни барышни. Всё равно должен быть какой-то баланс.
АК: Вам директор сообщает?
FCD Code: Нет.
АК: «Срочно! Недостаточно девушек на танцполе!» (Смеются).
FCD Code: Да-да-да! Конечно, подходы среды 1990-х.
АК: А сейчас всё по-другому?
FCD Code: Да, сейчас с половыми-то принадлежностями вообще бардак. Кто-то говорит, у нас вообще 86 полов существует, гендеров очень много, и публика, соответственно, очень разная.
Так что таких жёстких требований по поводу, сколько должно быть людей определённого пола, наверное, только в дискотеках каких-то, возможно, и есть. Но баланс он, конечно, должен быть во всём. Не нужно перегибать с какой-то определённой аудиторией. Я работаю всегда, чтобы были очень разные люди. И возрасты тоже могут быть довольно разные. Потому что не удаётся какую-то абсолютно монолитную тусовку собрать, всегда бывает: и старички приходят, и кто-то молодой.
АК: Последний раз посетив «Шалом Шанхай» в Екатеринбурге, я с удовлетворением отметил, что внутри достаточно гармонично соседствуют как и те, кто предъявлял паспорт на входе, потому что иначе непонятно, и вполне солидные люди. Как тебе удаётся поддерживать такой баланс?
FCD Code: Этим и занимаемся исключительно. Смотрим. Прежде всего смотрим, оцениваем, как лучше будет, как будет комфортнее всем. Мы же только об этом. (Смеются).
АК: Смотрим паспорта, банковские выписки? (Смеётся).
FCD Code: Банковские выписки. Смотрим. Вот комфортно людям будет вместе в таком количестве находиться – замечательно. Нет – значит, нет. Мы только об этом, чтобы всем было максимально хорошо.
АК: Друзья, я напоминаю, что в ваших колонках или наушниках ток-шоу «ПреМикшер Русской кибернетики», и у нас в гостях Роман FCD Code, музыкальный продюсер, меломан и, конечно же, заслуженный специалист по фейс-контролю. Я сейчас нахожусь в Москве, Роман в Екатеринбурге, а вы, надеюсь, в безопасном и уютном месте. И я надеюсь, что в скором времени мы послушаем сверхэстетский микстейп из клубных, может быть, не клубных композиций, которые собрал для нас Роман.
Двери. И это самое сакральное. Полгода назад в Mutabor я наблюдал сцену, когда фейс-контроль не пускал внутрь людей методом разделения компаний. На входе вроде бы приличная пара, все хорошо одеты, парень и его девушка трезвые и наряжены специально, а контроль говорит: «Девушка пройдёт, а мужчина нет». И понятное дело, что барышня не бросила парня, хотя, наверное, могла бы, да. (Смеётся). Следующая компания из пятерых парней и девушек более легко пережила потерю двух бойцов. Расскажи о тех методах, как отсечь ненужную публику так, чтобы минимизировать негатив?
FCD Code: Такое тоже очень часто бывало, что действительно приходят пять человек, из них трое проходят, двое — нет. Приходится думать, как, что мы делаем? Просто ваши предположения? Да, правильно, всех пятерых отправляем восвояси, потому что очень часто бывает, что, запустив трёх человек, эти люди будут просто стоять за твоей спиной и просить полночи, чтобы пустили остальных, такое бывает тоже. Да, только так и бывает. Либо это бывают люди, которые к нам ходят постоянно, мы, естественно, их пропускаем. Часть людей не заходит. И, опять же, это происходит полночи, мы можем просто выяснять отношения, почему, кто и как должен зайти. Проще всего, конечно, если вы не хотите видеть эту компанию в своём заведении, хотя бы даже часть, лучше отказать всем. Так будет гораздо справедливее, и сами не рассорятся внутри своего коллектива. А то Петю и Машу пустили, а нас нет, и что это такое вообще? Мы часто говорим: «Вы же понимаете, что мы не можем всех пустить. Соответственно, вы должны принять решение внутри своего коллектива – идти вам дальше всем вместе, либо разделиться. Мы не являемся поклонниками разделения, поэтому решать в любом случае придётся вам». Но такие случаи действительно не редко случаются, когда в силу разных обстоятельств мы не можем запустить людей, которые пришли все вместе. Девушка и парень чаще всего зайдут, я думаю, тут не будет вопросов. Либо, опять же, проще сказать всем «нет», чем начинать вот это. Не любитель я делить компании, никогда не любил. Но это исключительно когда приводят уже известные нам персонажи своих друзей, которые не готовы по каким-либо причинам посетить нас – тут сложнее бывает. Что три человека зашли, а остальные — нет.
АК: Буквально на днях петербургский клуб Blank объявил краудфандинговую кампанию по поддержке клуба «в условиях, когда проведение любого клубного мероприятия в Петербурге превратилось в бюрократический ад с двойными и тройными стандартами». Один из лотов, который предлагается купить – пожизненный бесплатный вход в клуб. Стоит этот лот 100 000 рублей. И представь, что перед тобой стоит человек, у которого есть такой Sky Priority express check-in, купленный или выданный владельцем, но ты ощущаешь, что этот персонаж или его друзья не должны сейчас войти внутрь, как решить эту ментальную проблему?
FCD Code: Нет никаких проблем. Если владелец наделил возможностями посещать заведение вот этого персонажа, значит, на то есть определённые причины. Если этот персонаж будет вести себя как-то неадекватно, либо он будет совершенно неуместен, уже никакой владелец в дальнейшем не сможет ему помочь попасть внутрь. Потому что мы работаем прежде всего для того, чтобы у владельцев всё было хорошо, мы работаем на общий успех. Поэтому когда бывают какие-то друзья или приближённые не очень адекватные, они чаще всего перестают ходить всё равно рано или поздно, либо принимают правила, которые существуют в заведении. Чаще всего второй вариант. Так что моё мнение здесь не будет решающим. Да, я могу сказать, что это неправильно, потому что, потому и поэтому – приведу ряд причин, по которым не стоит. Если такая ситуация будет, то не вижу проблем. Человек же зачем-то покупает очень дорогой достаточно вход. Значит, ему это действительно нужно, необходимо. Я не вижу проблем, почему бы его не пустить. Понты колотить мы тут точно не будем: не хочу, не буду – это не про работу на фейс-контроле. Тут есть слово «надо», и всё. (Смеются).
АК: Прямо как в армии?
FCD Code: Очень много армейского есть, конечно, порядок должен быть, без него вообще никак не поработаешь.
АК: Ещё одна такая ментальная дилемма. Представь, что перед тобой компания, которой ты вроде бы отказываешь во входе, но они тебе возражают с примерно следующей риторикой: «Да, мы давно никуда не ходили, возможно, разучились одеваться, общаться, но очень хотим восстановить навык» – каким может быть продолжение такого диалога? Есть ли вероятность, что ты поменяешь своё решение? И насколько этот кейс вероятен?
FCD Code: Вероятен. Очень часто бывает, что люди шли откуда-то, возможно с какого-то ресторана, либо с какого-то мероприятия и решили «тряхнуть стариной», есть такое выражение.
АК: Душа просит?
FCD Code: Да-да! У нас дети, мы их уложили спать, пустите нас, пожалуйста, мы сейчас очень мало куда-либо ходим. Очень распространённая на самом деле штука. Зачастую, опять же, в силу разных причин мы вынуждены отказывать людям, которые…
АК: «Идите к детям»?
FCD Code: Да, либо «идите туда, куда можете». Потому что если раньше на весь город были один-два клуба, либо заведения, это было действительно сложно. Себя куда? Если сюда не пустили, то и туда, и ты остаешься ни при чём. А сейчас действительно можно хоть куда. И найти по душе мероприятие не составит каких-то сложностей.
АК: То есть искренностью тебя не пробрать?
FCD Code: Нет. К сожалению, нет. Я всё понимаю, уж поверьте, сопереживаю я. К сожалению, просто бывают такие моменты, когда чисто человеческие какие-то вещи не работают. Вот это, конечно, очень неправильно, с одной стороны, но это часть нашей работы. Иногда просто невозможно пойти навстречу людям. Такое бывает. И ничего с этим нельзя сделать.
АК: Несколько лет назад, когда я был в Берлине, я прошёл в клуб Tresor, пройдя небольшой тест на входе. Мне пришло в голову заранее подготовиться и почитать, что за мероприятие там проходит, и в ответ на вопросы прекрасной фейс-контрольщицы на входе я всё изложил. Насколько ты практикуешь научный подход, что ли: «А вы вообще понимаете, куда вы пришли?», насколько это правильно?
FCD Code: Было такое, да. Это очень часто применялось раньше. Потому что когда ты стоишь на входе определённого мероприятия с определённой музыкой и видишь человека, который вроде как к этому не имеет никакого отношения, происходит разрыв шаблонов, естественно. При этом человек рвётся, полон энтузиазма посетить данное мероприятие. Тогда, конечно, приходилось, часто использую такое, общаюсь, навожу какие-то справки: куда, зачем и почему. Если всё совпадало, у меня не было каких-то…
АК: Не обманывает?
FCD Code: Да, у меня не было каких-то оснований не пустить человека. Потому что в нашей культуре или бескультурье, неважно, очень важно приобщение. Она не так распространена, как за рубежом, либо ещё где-то. У нас каждый любитель подобной музыки, подобного времяпрепровождения очень ценен. И если действительно это ему очень близко и нужно, то не вижу никаких препон, чтобы пустить человека. Да, иногда такие вопросы чисто для того, чтобы узнать, что за человек заходит, они бывают. Это норма, так скажем. (Смеются).
АК: И вот опять Берлин. С легендарным техно-клубом Berghain недавно произошёл такой малоприятный казус, о котором написали все профильные СМИ сразу после его открытия. Клубу разрешили возобновить работу в формате «COVID Free» с тотальной проверкой документов и температуры на входе. Но буквально после первых же выходных были выявлены 28 человек, которые заболели предположительно именно из-за посещения вечеринки. Тема, конечно, обсуждалась бурно и в немецких СМИ, и у нас писали, всякие изымались записи с камер наблюдения, опрашивались свидетели. В итоге оказалось, что фейс-контроль пропускал «постоянников» через основной и служебный входы без проверок.
FCD Code: Ай-яй-яй! (Смеётся).
АК: Как думаешь, вообще правила едины для всех на входе, либо же всё-таки возможны какие-то двойные стандарты в пользу силы ночного сообщества? (Смеётся).
FCD Code: Так фейс-контроль как раз таки о том, чтобы создать это ночное сообщество. В принципе нельзя сказать, что есть какие-то объективные показатели, по которым фейс-контрольщики работают, куча субъективного есть. Этого никто не скрывает, опять же. Не знаю, как в Берлине, я думаю, у них с «пассажиропотоком», с людьми, которые ходят в клубы, попроще, чем у нас, так вот у нас слово «лояльность» – это очень важная штука. В общем, фейс-контроль-то об этом и существует, на этих вещах, то есть на той публике, которую мы воспитываем, или она нас воспитывает, это такой взаимный процесс: они нам, мы им. То есть мы друг друга наполняем. Они нас деньгами, мы их развлечениями. (Смеются).
АК: Win-win?
FCD Code: Да, конечно, все выигрывают, совершенно верно. И, естественно, сказать, как вот я, окажись сейчас, даже начнём работать по QR-кодам, скорее всего, тут уже других вариантов нет.
АК: Будешь пикать температуру градусником?
FCD Code: У нас-то нет необходимости проверять температуру, мы будем проверять исключительно наличие QR-кода и соответствие его с документом, личностью удостоверяющего.
АК: Тебя это не напрягает?
FCD Code: Меня это очень сильно напрягает. В клубе таких вещей в принципе не должно быть.
АК: Кто-то говорил раньше, что в клубе все должны всегда курить, всё нормально, теперь не курят. То есть постепенно…
FCD Code: Да. Мне казалось, да. Мне тоже тогда казалось, я уже на тот момент тоже был активным курильщиком, но когда ввели эту норму, что мы больше не курим, мне казалось: «Как? Как можно ограничивать людей?». Мы и так многих вещей не позволяем публике: не танцевать на столе, не драться, ничего, по сути всё ограничиваем, вообще всё запрещено. Мы только разрешаем покупать алкоголь и курить. Получается, сейчас мы запретили курить, а что следующее? Запретим продажу алкоголя в ночном заведении? То есть любые запреты, они, конечно, не идут на пользу. Хотя я прекрасно понимаю, что в данной ситуации, наверное, других способов регулировать инфекционность, распространение вируса, наверное, нет. Но, опять же, о чём и речь, что свои наверняка зайдут, даже если у них будет что-то не в порядке с документами. Такая вот история, да.
АК: Утро. В какой момент можно понять, что внутрь можно уже пускать всех, чтобы «подкачать» кассу бара, и уже можно пойти домой?
FCD Code: Я работаю до определённого момента. Я начинаю с определённых часов, не скажу вам, каких, чтобы люди заранее не приходили. (Смеются). И ухожу тоже в определенное время.
АК: Не скажу, когда?
FCD Code: Не скажу, когда, потому что я очень часто остаюсь попозже, вдруг что. Но у нас уже выработана определённая модель работы. Чаще всего к тому моменту, когда я уже покидаю заведение, людей, которые хотели бы там провести время, очень мало. То есть уже внутри мало людей, и люди, которые приходят погрузиться в эти все утренние вещи, лучше всего их уже не пускать. (Смеются). Там со всеми вытекающими и втекающими последствиями. Зачастую, если это люди чужие, опять же, для заведения.
АК: Случайные?
FCD Code: Случайные могут быть, да, то лучше не экспериментировать, потому что утром может произойти всякое. Скорее, всё идет на отказ. Поскольку заведение у нас сейчас не работает до 10 утра, как раньше, в моей практике были такие моменты, что я работал в пятницу до 8 утра, а в субботу до 10, отлично. Видимо, были другие времена, другой алкоголь наливали. (Смеются). А сейчас рядовая вечеринка в 5 часов уже заканчивается, если это вообще можно назвать. Мы же все бары. Мы уже давным-давно не являемся клубами. Мы всё-таки больше за какую-то барную эстетику выступаем. То есть коктейли, какие-то напитки, чтобы всё было красиво, чтобы музыка была, возможно, даже…
АК: Не громкой?
FCD Code: Громкость всё равно высокая, но не такая уже убийственно долбящая, возможно. Скорее, такие какие-то понятные моменты должны быть. Просто это, опять же, специфика работы бара. Возможно, в клубах как-то всё иначе.
АК: И рубрика «Музыкальная посылка», в которой наши гости общаются друг с другом опосредованно через нас. И смысл таков, что ты отвечаешь на вопрос одного из предыдущих гостей программы и задаёшь волнующий тебя вопрос нашему следующему визитёру. И тебе вопрос достался от московского, правда он уже живет в Лондоне, музыкального продюсера, диджея, преподавателя, резидента Anjuna, Monstercat Silk и Intricate, и это Владимир Ершов, он же PROFF.
Владимир Ершов / PROFF: Практически у любой прослойки общества в любой стране мира есть вопросы и претензии к политической и/или социальной повестке как внутри страны, так и вовне. Что-то типа закручивания гаек, раскачивания лодки, вот этой всей диверсификации, расизм, толерантность, коррупция – и всё вот это злободневное, что будоражит умы любого уровня людей: и моего, и вашего, и кого угодно. Так вот вопрос: должны ли по вашему мнению деятели искусства, в том числе музыканты, безусловно, открыто говорить об этом всём, прямо высказывать свою точку зрения, даже если она идет поперёк, что называется, линии партии и так далее? То есть искусство вне политики всё-таки, или мы должны иметь гражданскую позицию как деятели искусства? Вот мой вопрос.
FCD Code: Очень сложный вопрос на самом деле. Поскольку действительно у гражданина любого государства, я думаю, есть своё мнение на то, что происходит как внутри страны, так и за её пределами. Но когда ты занимаешься чем-то очень социально-важным – либо снимаешь кино, либо пишешь музыку – зачастую ты используешь свою сцену, трибуну, как возможность рассказать о том, что тебя по-настоящему интересует в плане политики, борьбы за климат, чтобы не было ничего такого плохого, борьбы за сохранение каких-то видов редких животных и прочее. С одной стороны, я прекрасно понимаю людей, поскольку и сам обладаю определёнными воззрениями на то, как все должно развиваться, но не всегда считаю возможным свою точку зрения транслировать на большую часть публики. Чтобы действительно меня воспринимали как единицу творческую, но не как политическую, потому что очень много случаев было в нашей истории, когда очень талантливые люди скатывались в просто банальную политику. Не всегда оправданную.
АК: И им это не шло?
FCD Code: И им это просто не шло. Конечно, мы не можем советовать или требовать от людей не заниматься политикой, не иметь своего мнения и прочее. Но зачастую это очень как-то смотрится и звучит не очень убедительно, возможно, либо действительно эта мысль усиливается посредством того искусства, тех дел, которые человек делал, будучи музыкантом, либо же режиссёром, либо каким-то видным деятелем искусства.
Очень сложный момент. С одной стороны, если ты по-настоящему считаешь необходимым заявить о своих воззрениях на большую часть публики, почему бы и не использовать то, что у тебя есть. С другой стороны, ты можешь потерять часть своей потенциальной аудитории. Непросто. У меня нет такого сформированного мнения на этот счёт, поскольку очень много было в современной истории, да и не только, попыток людей переходить из музыки в политику: и Боно, и даже Моби, судя по документалке, что он ярый борец за права животных; а уж Никита Сергеевич Михалков что вытворяет, это прямо отдельно. Далеко не надо вообще ходить, этих случаев масса, и не всегда, мне кажется, это находит отклик у слушателей или тех как раз-таки людей.
АК: Как у «Сплина» – «Лучше бы пил и курил», да? (Смеётся).
FCD Code: Да. Непросто. С одной стороны, использовать свой авторитет для решения серьёзных проблем – это одно. Что просто заявлять – возьми да сделай. А это совсем другое. Помоги людям. Кто-то рублём, кто-то долларом может, кто-то просто обычными какими-то: выступи бесплатно, либо организуй благотворительную какую-то организацию – куча способов, как можно изменить этот мир. Не всегда выступление на кучу, какое-то количество зрителей на каком-нибудь фестивале после того, как ты отыгрываешь свою лучшую песню, сказать, что «долой всех тиранов, да здравствует демократия», это лучший способ – не всегда. Это моё мнение. Но каждый делает то, как ему нравится. Мы же живем в свободном мире, надеюсь.
АК: «Надеюсь!». (Смеётся).
FCD Code: (Смеётся). Надеюсь, да. И каждый должен оставаться профессионалом. Очень часто у людей не получается совмещать и так называемый активизм весь, и быть творческой единицей – не всегда получается всё в одном держать. В этом основная проблема.
АК: Что ж, очень дипломатичный и очень корректный ответ. И чтобы продолжить цепочку, задай, пожалуйста, волнующий тебя вопрос нашему следующему гостю.
FCD Code: Должен ли творческий человек, который научился или умеет, либо то, что у него действительно получается долгие годы очень хорошо, должен ли он поддерживать этот стиль, этот подход к музыке, либо кино – неважно, кто чем занимается – и не идти в эксперименты, не обманывать публику? Грубо говоря, записывать какие-нибудь альбомы с тибетскими монахами, когда ты всю жизнь играл на саксофоне. Вот конформизм – это вообще про музыку? Петь всегда «День Победы» и ничего больше – это хорошо, это не будет обманом публики; либо делать какие-то эксперименты постоянно, что-то искать и тем самым, может быть, развивать свою публику или, наоборот, запутывать её? Этот вопрос тоже волнует: делать то, что ты делаешь блистательно, или делать то, что ты, может быть, делаешь не очень хорошо, но пытаешься сделать что-то новое?
АК: Хороший такой вопрос про то, как бороться со своей творческой скукой!
FCD Code: Да.
АК: Кстати, Володя PROFF, у него был свой рецепт. Если у кого есть время, приглашаю послушать наш прошлый подкаст, нашу прошлую беседу, это было очень увлекательно. И самый последний вопрос: представь, что ты мог бы отправить себе сообщение на пейджер в 1999-й год, какое сообщение ты бы сейчас надиктовал оператору пейджинговой сети, и как бы ты отреагировал на это послание тогда, когда пейджер бы завибрировал на твоем ремне?
FCD Code: Отлично! Где мой пейджер в 1999-м году? Главный вопрос. (Смеются).
АК: А у многих они лежат ещё на антресолях!
FCD Code: Да. Да-да. Кстати, у меня не было пейджера в 1999-м году. Это абсолютно точно. Но уже был, по-моему, телефон формата D-AMPS, такой у нас был в городе. Такой уже большой, потому что у меня дома не было стационарного телефона, поэтому я позвонил бы даже.
АК: Представь!
FCD Code: Да, позвонил бы даже. Если бы я позвонил сейчас себе, спустя такое количество времени, на том конце провода я бы услышал серьёзный грохот, наверное.
Скорее всего, человек упал бы со стула или ещё с каких-то поверхностей. Явно эти звонки из будущего… Хотя наверняка мы все живём и думаем, что нам кто-нибудь когда-нибудь позвонит и скажет: «Вот поставь все деньги на красное». (Смеётся).
АК: «Скупай доллары»?
FCD Code: Да, скупай доллары. Вот да, действительно, самый лучший совет – «скупай доллары».
АК: Это провокационный вопрос, потому что все примерно стремятся так отвечать.
FCD Code: Да, конечно.
АК: Но всё-таки хотелось бы услышать…
FCD Code: Я, может быть, сказал бы: «Не ходи в клуб «Люк» никогда». Вот так вот. (Смеётся). Потому что визит в это заведение слишком сильно изменил мою жизнь. Не знаю, к худшему или к лучшему, но меня в принципе всё устраивает. Было бы любопытно понаблюдать, что бы было, если бы не случилась вся эта клубная история со мной тогда, в 1999-м году.
АК: Да. «Быть в нужный момент с тобой рядом — известное многим свойство левши», как поёт Саша Гагарин из группы «Сансара». И в наступающем году вся редакция «Русской кибернетики» желает, конечно, вам находить пути и обязательно оказываться в тех местах, о которых вы мечтали. Даже когда кажется, что это невозможно, когда на пути множество преград, но все эти преграды и сложности преодолимы, а иногда таковыми не являются. И сегодняшний наш гость — тому яркое подтверждение. С вами были Александр Киреев и Роман FCD Code. Спасибо тебе, Рома, большое за приятную и познавательную беседу!
FCD Code: Спасибо, что эта беседа состоялась, мне было действительно очень приятно пообщаться! И действительно никаких преград на самом деле не существует, они все придуманы и их можно легко преодолеть.
АК: У! (Смеется).
FCD Code: Уху! Тух-тух-тух! (Смеются).
Друзья, открывайте для себя новую электронную музыку России, стран СНГ, бывшего СССР и восточной Европы вместе с национальным клубным проектом «Русская кибернетика» и его ведущими Евгением Сваловым (4Mal) и Александром Киреевым!
Новые эпизоды «Русской кибернетики» вы всегда найдёте онлайн:
Google Podcasts: https://bit.ly/3b5ITGd
Apple Music / iTunes: http://apple.co/3p6m9w2
VK: https://vk.cc/av6kf0
Spotify кураторский плейлист: http://spoti.fi/35Y6S9S
Spotify интервью-плейлист: https://spoti.fi/3h2zkLQ
Soundcloud: https://soundcloud.com/russiancyber/
Mixcloud: https://www.mixcloud.com/4Mal/
Instagram с анонсами и эксклюзивами: https://instagram.com/ruscyber
Сообщество в Фейсбуке: https://www.facebook.com/russiancyber
Сообщество в ВК: https://vk.ru/ruscyber
Канал в Телеграме: https://t.me/ruscyber
Анонсы в Твиттере: https://twitter.com/russiancyber
Канал на Youtube: https://www.youtube.com/c/russiancyber
Хэштеги для связи в соцсетях:
#ruscyber и #русскаякибернетика
Отправьте ваши треки в редакцию: http://promo.russiancyber.net/
Отправьте заявку на вечеринку «Русская кибернетика» или 4Mal DJ-сет: http://dj.russiancyber.net/
